Их азиатские лица казались просветленными какой-то ведомой только им тайной. Это было то еще зрелище! Подобного ни Володьке, ни Рудику не приходилось видеть даже в кино, поэтому они, разинув рты, стояли и с восторгом наблюдали всю эту величественную картину.

Это был тот самый шаман Орон, о котором говорил старый Митряй. Его привел в Бэркан Ерёма. Хотел поселить в своем доме, но тот наотрез отказался, велев поставить для себя утан на краю поселка, где он и решил готовиться к обряду. Ерёма настаивать не стал – как-никак то был, по словам Митряя, «большой саман», которого признавали как добрые, так и злые духи.

«Мне до него далеко», – говорил тесть."

"Орон пришел не с пустыми руками. Он принес с собой расшитый символами ритуальный коврик – наму – и большой, чуть ли не в рост годовалого оленя, бубен с нарисованным на нем красной охрой солнцем. С одной стороны бубна находилась фигура Сэвэки – хозяина животного и растительного мира, с другой – Эникан Буги, хозяйки вселенной и рода человеческого в облике лосихи. Уже на месте он велел раздобыть ему чанкиря – багульника болотного, которым шаманы обычно окуривают наму и очищают себя и округу от враждебных и неугодных духов.

Вместе с чанкирем ему доставили и целую охапку гавуна – лишайника, что обычно растет на камнях, – его Орон будет подбрасывать в костер и тем самым кормить духов во время камлания. Кроме того, в распоряжении шамана были и другие растения – макита, сыкта, лалбикта, давэч, – их Орон будет бросать в огонь, если вдруг завяжется бой между дружественными ему духами и духами другого враждебного ему шамана. Но это так, на всякий случай – ведь он прекрасно знал, что в этот момент в Бэркане, кроме него, есть только один шаман – Ургэн, но тот был его приятелем, при этом он был очень болен, и Орону еще предстоит провести специальный обряд для его выздоровления.

…Неожиданно Володька увидел в толпе какую-то девчушку. Она явно была нездешняя. Городское ситцевое платьице, сверху – теплая мохеровая кофточка. Однако что-то азиатское все же присутствовало в ее облике. Кто она такая? – удивился он, разглядывая ее играющий бликами профиль. Его впечатлила ее коса – длинная, ухоженная, – такие теперь редко встретишь на городских улицах.

Удивительно красивая коса, мелькнуло в Володькиной голове. Впрочем, и сама она была довольно привлекательной. Стройная, хотя и не очень высокая, плечи прямые, но не широкие… Жаль, лицо ее трудно было рассмотреть. А ведь так хотелось. Главное, конечно, увидеть глаза – именно их он считал самой важной деталью в системе координат человеческой привлекательности. Если глаза красивые, все остальное уже не так важно. И тут главное не цвет, а их выражение.