— Люблю тебя-а-а! — простонала она, срываясь на крик, трепеща и выгибаясь под его телом, отдавая себя в полную его власть, сгорая снова и снова, чтобы возрождаться и снова пылать лишь для него. Навсегда.

Пост-эпилог

(Наш мир, наше время)

— Антоха, привет. Как дела? Когда секция начнёт работать? Я сеструху бы привел, — молодой парень в рваных джинсах и обтягивающей футболке, выгодно подчёркивающей поджарое тело, догнал стремительно шагающего будущего тренера по муай тай и дружески хлопнул по плечу, заставив того остановиться и удивлённо оглянуться.

— О, Илюха, привет, — из-под капюшона серой толстовки показались светло-зелёные глаза, довольно необычного оттенка. В тонком носу висело серебряное колечко пирсинга. — Извини, что ты спрашивал? — руки потянулись к ушам, чтобы вытащить из них силиконовые пуговки наушников.

— Я спрашивал, как дела? И когда секция откроется? — парень не переставал улыбаться, рассматривая собеседника.

— Тебя какая конкретно интересует? Самооборона или тайский бокс?

— Да я для сестры спрашиваю. А что посоветуешь?

— Ей, кажется одиннадцать?

— Точно. Всё то ты помнишь, Антоха. Так что?

— Давай пускай сначала на самооборону придёт, а потом увидим, — зелёный глаз прищурился — И не называй меня Антохой, сколько просить?

— Да ладно тебе! Привыкли уже все, чего дёргаешься? А ты куда сейчас, домой?

— Нет. Надо ещё в ДК забежать. Насчёт зала утрясти наконец-то.

— О, это дело! Слушай, а давай может соберёмся как-нибудь компанией. Я наших всех позову. — Илья, явно, никуда не спешил.

— Я бы с радостью, но не знаю смогу ли. Дел по горло. Извини, мне бежать надо. Опаздываю.

— Ладно, беги тогда, Тони.

— Вот. А то Антоха, Антоха, — пухлые губы мастера спорта изогнулись в насмешливой улыбке. — До встречи, Илья. Насчёт сестры созвонимся.

Когда тот ушёл, Антонина Кошарина, которую многие из её друзей и знакомых звали Кошкой, обратно втыкнула наушники и продолжила свой путь.

Больше книг на сайте - Knigoed.net"