Император сейчас создал критическую массу подъема для будущего гармоничного мира.

– А письма с жалобами вы рассылали?

– Я.

– Зачем?

– Потому что для правильного будущего мир должен очиститься сейчас.

– Что значит очиститься?

– Значит, убрать несправедливость.

– Как убрать?

– Как угодно.

– И убивать можно ради этого?

Шляпник склонил голову и снова уставился на свои руки, улыбаясь жуткой улыбкой, в которой участвовали только губы.

– Конечно.

– А собаки тоже несправедливые?

– Собаки? Какие собаки?

– Четыре щенка жили под крыльцом больницы, помните?

– Да, да, помню, конечно.

– Они плохие или хорошие?"

"– Нормальные. Собаки, как и все животные. Не страдающие от психических расстройств.

– Это хорошо или плохо?

Шляпник посмотрел на доктора с сомнением, как будто хотел поинтересоваться, ну ладно я сумасшедший, но вы-то доктор вроде бы нормальный. Неожиданно больной заговорил на удивление разумно.

– Это ни плохо, ни хорошо. Это просто факт. Собака может заболеть воспалением легких, панкреатитом, раком, но представить себе, что у вашей собаки острая паранойя или даже обыкновенный обсессивный невроз, невозможно. Человек – существо изменчивое, он всю жизнь, как ящерица, только и делает, что цвета меняет, приспосабливается: то к людям, то к контексту, то к стране, то к политике, а собаки, они всегда сами собой остаются. Так что самые счастливые люди – это собаки.

– А собака имеет право быть счастливее человека?

– Почему нет? В этом мире много кто счастливее человека.

– То есть вы не трогали тех четверых щенков?

– С какой стати?

На последнем стоп-кадре, которым кончалось видео, был запечатлен удивленный, недоумевающий взгляд Алексея Шляпника, обращенный к его лечащему психиатру. И если меня заставили бы судить об этих двоих по той части интервью, где речь шла о собаках, то я был бы уверен, что болен не пациент, а врач. Я и сам совсем недавно думал о чем-то подобном.

Есть гипотеза, что психические болезни появились вместе с языком. Язык скрывает наши главные тайны, материализует наши странные ассоциации и желания. С помощью языка мы научились создавать параллельную реальность, виртуальная реальность – тоже результат человеческой языковой деятельности. Компьютерный код – тоже язык, только искусственный. Само собой, что в таких условиях человеку гораздо проще сойти с ума, чем какой-нибудь собачке или кошечке. И в этом смысле Шляпник совершенно прав. Ну а то, что врач старался выведать, не является ли убийство собак невротическим протестом против такого несправедливого положения вещей, лишь ставило самого доктора в несколько глупое положение.

Виктория сделала дозвон, и Тимофей Игнатьевич появился на экране скайпа теперь в режиме реального времени.