Но, самое главное — уже совсем не больно и даже приятно, очень даже приятно. И еще она определенно рассчитывала на продолжение. Сладкое продолжение — как в прошлый раз.

— Люб… выгони меня домой, а? Иначе я отрублюсь секунд через десять прямо вот тут.

Что-то перемкнуло у нее в голове на эти слова. И она сорвалась. Не на крик, нет. Негромко и расчетливо.

— Ну, в принципе, ты прав. Поел, потрахался. Что тут еще делать? Можно и домой ехать — спать.

— Люба…

— Я в душ, — она встала, нисколько не стесняясь своей наготы. Подняла с пола так и не оцененное белье. Спина прямая, подбородок вверх. — Дверь входную за собой захлопни.

Когда она вышла из душа, его в квартире уже не было.

Она злилась и негодовала две недели. Внутри все кипело. Сначала был стыд — никому она так себя не предлагала. Сама первая позвонила, откровенно сказала, чего хочет, а он… он… он!.. Она, можно сказать, из-за него с Марком рассталась! А этот… звероящер! Животное! Свое получил, и на нее ему плевать. Угораздило же ее с таким связаться! Ее добивались, еще как добиваюсь, ухаживали, говорили комплименты, дарили подарки. А досталось все тому, кто принимает это все, как само собой разумеющееся. Который ее нисколько не ценит. Люба, ты идиотка!

Потом она решила срочно ему отомстить. Найти по-настоящему достойного кандидата. Который оценит счастье, которое ему выпадет. Только вот стоящих, интересных парней в данный момент не было на примете. Она даже подумывала о том, чтобы позвонить Марку. Была уверена — он будет рад, если она вернется к нему. Но это было как-то… Не самая выгодная для нее ситуация. Хотя, если правильно ее подать…

В общем, Люба все еще была занята наполеоновскими планами восстановления своего попранного достоинства, когда любимая сестра и ее муж показали ей картинку совсем под другим углом.

— Баженов, это твой сын! Так и норовит… — Люба со смехом выудила руку племянника из выреза своей блузки — Ваня, радостно причмокивая, вовсю уже шарил у нее в бюстгальтере. — Ванечка, там ничего вкусного для тебя нет. Я не мама.

— Ну, если не поесть, то хоть потискать, — ухмыльнулся Вик. — Пользуйся, сын, пока еще можно. А потом вырастешь — и за то же самое тебе будут говорить «Фи!» и бить по физиономии.

Обе сестры дружно рассмеялись.

— Надь, а чего Ник меня не дождался?

Люба резко перестала даже улыбаться.

— Сказал, что устал и поедет домой отсыпаться. Он и правда какой-то замученный в последнее время. Даже есть не стал.

— Неудивительно, знаешь ли. Я вообще удивляюсь, как у него нервов хватает на такую работу.

— Это точно. Слушай, а ты не в курсе, чем та история жуткая закончилась? Которую он в прошлый раз рассказывал?

— В курсе.

— И?

— Лучше тебе не знать, — поморщился Вик. — Действительно, страшная история. Не для ушей кормящей матери.