— И ничего не утаила?

— Только одно, но я не знаю, как об этом сказать. И стоит ли говорить вообще.

— Тогда скажи сейчас, — предложил правитель.

— Сначала ответьте, вы доверяете Лему?

— Полностью. Я познакомился с ним более десяти лет назад на пограничных рубежах в горах. Потом, когда меня перевели во флот, я забрал Лема с собой. Он из опальной знати, его по счастливой случайности мой отец не сгноил в рудниках и не лишил головы. Мы прошли вместе много, мое доверие он заслужил в бою, не раз спасая мне жизнь.

— Тогда я не уверена, что мне стоит дополнять свой рассказ, — констатировала я. Когда одному верят, а другому нет, второй всегда в проигрышной позиции.

— Ты достаточно решала сама, позволь сейчас принять решение мне. Итак, я слушаю.

Я позволила себе несусветную вольность — прислонилась к спине повелителя, но он не возражал. Откинула голову и закрыла глаза, собираясь с мыслями и с духом.

— Рагдор при первом же нашем разговоре сказал, что принцесса не сама активировала убившее ее заклинание. У нее не было таких способностей, совсем не было, а без них творить чары подобного уровня невозможно. Ей кто-то помог. И этот кто-то, судя по уровню заклинания, являлся опытным чародеем, да еще имел доступ к реликтовым заклинаниям. Дэйс слишком заинтересован в рождении ребенка. Поэтому, если во дворце в тот момент не находилось третьего чародея высокого уровня, то вариант всего один.

— Даяна, именно Лем предложил вытащить родственную душу из другого мира. Он потомственный чародей, книги и знания передаются в его семье из поколения в поколение.

— А не могли ли у него быть личные счеты к принцессе? Или, скажем, она могла о нем что-то знать?

Спина, на которую я так удобно опиралась, задрожала.

— Ну у тебя и фантазия! Так можно Лема и в пособники Дэйса записать, что он прикрывал ваш побег.

— Наш побег он прикрывать не мог. А вот наше похищение чародеями — почему нет?

— Потому что Лем, как я уже сказал, из аристократов и имеет понятия о чести и преданности. И не раз демонстрировал это в армии.

— Значит, вы обвиняете в убийстве Дэйса после того, с каким трудом они организовали ваш союз с принцессой, и зная, как чародеям нужен ребенок?

— Я пока никого не обвиняю. Но я подумаю над твоими словами. Обещаю.

— Вы хоть немного мне верите? — ни на что особо не надеясь, спросила я.

— К сожалению, даже больше, чем мне самому хочется, — прозвучал неожиданный ответ.

— Может, это неплохо?

— Однажды я поверил тебе полностью, и к чему это привело? Если бы за тобой как следует следили, ничего бы не произошло.

— Зачем гадать? Нужно просто жить дальше.

— Ты всегда руководствуешься таким принципом? Просто жить, не оглядываясь?

— Всегда. Я не могу изменить прошлое, зато в моих силах не дать прошлому испортить будущее.