Не пришлая, не ведьма, не безвольная рабыня или истинная с непонятным предназначением, а просто родной и любимый человек для маленького ребёнка, которому страшно засыпать в одиночестве.

— Добрых снов тебе, мой дорогой, — шепчу в макушку, слыша в ответ тихий вздох.

Не знаю, как долго я вот так лежу, сжимая в объятиях сына, который давно уснул. Но, в какой-то момент просыпаюсь, осознавая, что меня поднимают с кровати чьи-то заботливые руки. Раскрываю глаза, и ещё мутным ото сна взором гляжу на Брендона, который, бережно прижимая меня к широкой голой груди, несёт куда-то.

— Куда ты меня тащишь? — возмущённо шиплю я.

— В кровать, Рина. Спать.

— Я не хочу спать с тобой, — снова просыпается во мне стремление к борьбе. — Я обижена на тебя."

"Брендон хмыкает, но молчит, продолжая подниматься по ступеням на третий этаж. Внеся меня в спальню, он аккуратно опускает меня на постель и накрывает одеялом, потом целует в лоб и укладывается рядом со мной, заключая в свои объятия.

— Как бы сильно мы не ругались, как бы серьезно ты на меня не была обижена, спать мы всегда будем вместе, детка, — тихо говорит Брендон, чуть сильнее стискивая меня руками.

 — Такое правило я ввожу в наши отношения с сегодняшнего дня. И только посмей однажды вечером не вернуться в нашу постель, найду в любой точке Олленда и отшлёпаю.

— Звучит многообещающе, — наконец, улыбаюсь я и расслабляюсь, устраиваясь удобнее.

Проваливаясь в сон, думаю о том, что Брендон прав, моя обида совсем не стоит того, чтобы проводить ночь в одиночестве в холодной постели.

Просыпаюсь под утро от собственного стона и сладкого томления внизу живота, вызванного эротическим сном, в котором мы с альфой вытворяли всякие приятные похабные вещи, оставшись, наедине в спальне.

Несколько секунд мне требуется, чтобы сообразить, что не только мой сон стал причиной такого томительного состояния.

— Брендон, что ты делаешь? — ахаю я, выгибая спину и закатывая глаза от смешивающихся ощущений.

И когда он, спрашивается, успел раздеть меня? Я же точно помню, что засыпала в пижаме, а сейчас лежу абсолютно голая. И такая возбуждённая.

Умелый язык оборотня, тщательно изучающий мою промежность. Горячее дыхание.

Его сильные пальцы на моих бёдрах. Эта смесь вызывает во мне дрожь наслаждения, ураган сладострастных эмоций, от которых дыхание сбивается, а пульс учащается. Его рука смещается ближе к промежности, пальцы надавливают на какую-то волшебную точку, в то время как губы мужчины втягивают горошину клитора, посасывая, отчего перед моими глазами загораются яркие огоньки, которые зовут за собой, обещая грандиозный финал. Чувствую один палец, который нежно проникает в меня и двигается, волнуя моё тело.