– Может, ты хотя бы очки снимешь? Чтобы я в твои наглючие глаза высказала все, что я думаю.

Захар раздраженно сдергивает очки, и меня пронзает его потемневший взгляд. Стараюсь не ежиться и вздергиваю подбородок.

Захар шагает ко мне почти вплотную и наклоняется, чтобы наши глаза были на одном уровне.

– Ну давай, выскажи мне, что ты думаешь о том, что ты скрыла от меня беременность и детей.

И он опять по больному. Гад. Знает, на что можно нажать, чтобы меня пронзила вина.

Хотя непонятно, с чего вдруг я чувствую вину перед ним? Ведь это он сказал, что без сожаления пошлет меня на прерывание беременности.

– Мы уже это обсуждали, Захар. Или ты из тех, кто не понимает с первого раза?"

"Он обхватывает мое предплечье и подтягивает к себе. Вскрикиваю и пытаюсь освободиться из стального захвата.

– У тебя пять минут на сборы.

– Или что?

Дразню… понимаю же, что дразню сейчас разъяренного мужика, но тормоза отказывают.

– Или я сам поеду к тебе домой и сделаю все, что мне нужно.

От этих слов спина покрывается холодным потом. И меня не успокаивает даже то, что он не знает правильного адреса.

– Давай, Юлька-пулька, – подталкивает меня к входу в оранжерею, – у меня мало времени.

– А что ты командуешь? – скидываю его руку с себя и сдерживаюсь, чтобы показательно не отряхнуть рукав рубашки.

Серые глаза зло прищуриваются.

– Тебе ещё раз повторить? У меня мало времени! Сейчас приедет лаборатория, с которой я договорился.

Дую щеки.

– Сейчас.

Все сопротивление выключается как по щелчку. Чем быстрее я решу с ним этот вопрос, тем быстрее он свалит в закат. У меня почему-то нет никаких сомнений, что, стоит только Захару узнать о том, что дети и правда его, он испарится как дым.

Ну, мне очень хочется, чтобы было именно так… Эгоистично, да. Но мы прекрасно жили до того, как Захар появился в моей жизни снова.

Собираю сумку. Алена удивленно хлопает глазами.

– Ален, планы немного поменялись. Мне сегодня нужно отлучиться, но я вечером приду и все доделаю по своей части. А завтра буду с тобой вместе.

Кивает и переводит взгляд за окно, где у машины стоит задумчивый Захар.

– Все в порядке, Юль?

Показываю большой палец и тяну губы в улыбке.

– В полном.

– Хорошо, я тогда пока займусь пересадкой гортензий.

– Отлично, да. До вечера, – машу ей и, набрав в грудь побольше воздуха, выхожу на улицу.

Захар с кем-то говорит по телефону, и я успеваю услышать последнюю реплику:

– Да, давайте я вас дождусь на въезде в поселок.

– Садись, – кивает на машину и сам идет к водительской двери.

Выгибаю бровь.

– Можно было и дверку открыть, – бурчу, чтоб Захар не услышал.

– А у дамы свои руки откуда надо растут. Сама справится, – отстреливает Захар.

Прикусываю щеку, чтобы не начать перепалку.