Не обращаются так с любимыми девушками. Не бросают после признания в любви. Ключи от квартиры — это еще не все. К ним нужен человек. А человек удрал, потому что у него были важные дела. Ну и что? Доволен? Несмотря на опоздание, принципиальное «добро» на контракт они, похоже, урвали. Работы еще невпроворот, но главное — сделано. Ну и как — хорошо ли тебе, Максимилиан? Радостно ли?

Макс механически снова набрал ее номер. Глухо. Абонент — не абонент. Конечно, Киру можно будет найти. Завтра, например. Не иголка в стоге сена, зацепок много. Но — смысл? Все предельно ясно. Кира — девушка гордая. И решила, что не заслуживает такого обращения. И она права. Кто так в любви признается, МАлыш?! Да и с чего он решил, что его тоже любят? Может, из двоих любит только… один? В конце концов, ответного признания он не услышал. Сам все решил за нее. Идиот.

Макс уткнулся лицом в ладони и какое-то время сидел так — на мокрой скамейке, под порывами промозглого ветра с залива. Его накрыло какое-то странное оцепенение. Наверное, надо пойти, сесть в машину. Позвонить Косте. Переночевать у него. Завтра найти Киру, забрать ключи. Или все-таки лучше пусть Костя заберет? Даже думать об это не хотелось. Вообще ничего не хотелось. Вот тут сидеть и понемногу примерзать к скамейке. И чтобы внутри застыло и перестало саднить.

Все-таки заставил себя подняться, доплестись до машины. Там неожиданно вспомнил, что в бардачке лежит запасной комплект ключей. Ну вот и не надо никуда ехать. Но мысль о том, чтобы подняться в пустую квартиру, была тошнотворно болезненной. Пусто. Ее нет. А он мечтал, как приедет домой. Как она встретит его. И как все будет. Все. Будет. У них. Вдвоем. Здорово.

Хрена там.

И все-таки он пошел к подъезду. Лифт полз как-то особенно медленно, словно для агонию возвращения в пустой дом. Макс привалился затылком к стене и прикрыл глаза. У него в баре еще остался вискарь. Вот то, что нужно. И вино было. И чтобы завтра плохо было как Козикову. При воспоминании об утре Макс поморщился. Утром еще все было нормально. Если бы они спокойно поговорили с Кирой. Если бы он плюнул на эту чертову встречу. Если бы не бросил ее там, на перекрестке Измайловского и Троицкого — то сейчас она была бы с ним. Была бы рядом.

Макс не сразу сообразил, что замок бунтует не потому, что он не той стороной вставляет ключ. Поэтому пару раз переворачивал ключ, но дверь все никак не поддавалась. А потом до него дошло, что дело в том, что закрыто изнутри. А потом дверь открылась. За дверью стояла она. Макс едва не выронил ключи.

Мало того, что Кира все-таки пришла. Мало того, что она сейчас стояла в прихожей его квартиры, глядя на него через порог. Так еще и ее вид поражал воображение. Это если сказать мягко.

Выглядела Кира как разворот журнала вроде «Playboy» или «Maxim».