Муж аккуратно вел свои приходы и расходы — не смешивая все в кучу, что говорило о его педантичности.

Мое внимание привлекла еще одна книга и, раскрыв ее, я поняла, что это записи касающиеся сыроварни. Граф составлял бизнес-план, если говорить современным языком. Не удержавшись, я углубилась в чтение и, конечно же, обнаружила некоторые моменты, которые требовали другого подхода. Но как это преподнести Филиппу? Он, скорее всего, будет несказанно удивлен, начни я рассказывать о стратегиях и планах по развитию бизнеса. Нужно, чтобы он сам рассказал мне о своих идеях.

С сожалением оторвавшись от своей шпионско-хозяйственной деятельности, я все-таки отправилась в оранжерею, прихватив ведро с теплой водой и кучу тряпок.

Фрост почистил печи и взялся за растопку — я хотела проверить, как они будут обогревать помещение, да и заниматься уборкой в холоде, не очень-то и хотелось.

В оранжерею была проведена вода, и со скрежетом повернув массивный кран, я чуть не подпрыгнула, когда в нем зашипело, забулькало, а после полилась грязная жижа. Скорее всего, здесь была та же система, что и на кухне — где-то находился примитивный насос, качающий воду из какого-то водоема или резервуара.

Я посмотрела на высокие окна и вздохнула, понимая, что мне не справиться.

— Ваша светлость, я скажу мужчинам, они принесут лестницу и можно будет вымыть окна и снять паутину, — сказал Фрост, услышав мой вздох. — Они с радостью сделают это, а вы угостите их пивом.

— Это было бы чудесно! — я с благодарностью посмотрела на старика. — Что с нашими печами?

— Они исправны и вскоре здесь будет тепло, — ответил он и добавил: — Давайте я позову Мию, она поможет вам.

Он ушел, а я прошлась между рядами кадок и ящиков — нужно, чтобы завтра привезли земли и желательно из-под деревьев, рыхлой, с перепревшей листвой — она идеально подойдет для моих роз.

Чтобы вода в ведре окончательно не остыла, я решила вымыть печные изразцы и, забравшись на перевернутый ящик, взялась за работу. Особой грязи на них не было, лишь слой пыли, которая с легкостью устранялась с помощью влажной тряпки и я настолько увлеклась уборкой, что даже тихонечко запела. Под веселую песню двигаться хотелось быстрее, и, конечно же, я не устояла на ящике и, взмахнув руками, полетела вниз.

Я даже испугаться не успела, как оказалась в крепких руках своего мужа и тихонечко охнула, когда он прижал меня к себе.

— Ваша светлость, вас можно оставить одну? — в его внезапно охрипшем голосе, зазвучал смех.

— Вы думаете, нет? — прошептала я, глядя на его губы."

"— Мне кажется, вы или свернете себе шею или измажетесь медом и прилипните к ступенькам, а возможно вывалитесь из окна, затевая очередную уборку, — ответил он и аккуратно поставил меня на пол.