Но я обратила внимание, что с девочкой что-то не так — веки ее были тяжелыми, на щеках горели два пунцовых пятна, да и слабый голосок говорил о том, что с ребенком не все в порядке.

— Подойди ко мне, детка, — попросила я и девочка, будто опасаясь чего-то, осторожно шагнула в мою сторону.

Я положила ладонь на ее лоб, а потом прижалась к нему губами — так и есть, у ребенка жар."

"Полин с удивлением посмотрела на меня и потрогала лоб рукой, будто ища след от моих губ. Даже это казалось ей лаской.

— Малыш, по-моему, ты заболела, — ласково сказала я. — Давай пойдем в кровать.

— А как же Травинка? — девочка чувствовала себя плохо и послушно взялась за мою руку. — Она не получит свой подарок?

— Конечно, получит! — я подхватила ее на руки и стала подниматься по лестнице. — Как только ты почувствуешь себя лучше, мы сразу пойдем в парк.

— Можно ее подушечка будет со мной? — Полин положила свою головку мне на плечо и у меня от невероятной нежности, защемило сердце.

— Она будет с тобой, — пообещала я, отчаянно желая, чтобы это была обычная простуда. Господи, чем лечатся в этом времени???

— Ваша светлость, что случилось?

Я обернулась и увидела Мию, стоявшую внизу.

— Полин заболела. Ей нужно сбить жар.

— Ох, ты! — воскликнула девушка, испуганно прижав руки к груди. — Сейчас я позову Гуду, у нее есть травки, которые мигом поставят нашу малышку на ноги!

Служанка помчалась на кухню, а я облегченно выдохнула — хоть кто-то в этом доме знает что делать. Если бы это было в моем времени, то проблема не стояла бы так остро, а здесь мои познания заканчивались на компрессах с уксусом.

Гуда пришла сразу и, пощупав Полин, покачала головой:

— Застудилась под лестницей! Ну, ничего, сейчас тетушка Гуда все сделает.

Она повернулась ко мне и сказала:

— Ваша светлость, вы идите, а я займусь Полин.

— Не уходи! — тоненький голосок прозвучал так жалобно, что я тут же подошла к кровати.

— Не бойся, я скоро приду. Сейчас Гуда сделает тебе лекарство, ты поспишь, и мы снова увидимся, — я обняла девочку и положила ей в ручку подушечку. — Держи.

Малышка не стала капризничать и, зажав ее в кулачке, послушно опустилась на подушку. Мне не хотелось покидать ее, но нужно было заняться делами — подготовить комнату Хенни, которая должна была прибыть уже завтрашней ночью и навести порядок в оранжерее, чтобы понять, как там все устроено.

Я спустилась вниз и, подумав, что графу нужно знать, что Полин заболела, пошла в кабинет, где находились мужчины до того, как я их покинула. Но он оказался пуст — похоже, нотариус и Ливен уехали, а граф отправился по своим делам.

Чувствуя себя шпионкой, я подошла к столу и сразу же увидела расчетную книгу. Она была раскрыта и мои глаза с интересом пробежали по записям, сделанным рукой графа.