С замиранием сердца, я попробовала пошевелить пальцами и…мне удалось! Мозг принялся лихорадочно работать, но сообразить, что произошло и дать этому логическое объяснение, я не могла. Было ясно лишь одно — каким-то удивительным, мистическим образом, я оказалась в теле пышечки, которая находилась в самом прекрасном возрасте, называемым — девичеством.

— Как это понимать?! Это бунт?! — вопила тем временем злобная тетка и ее завитые кудри, весело трепетали. — Немедленно поднимись и отвечай мне, черт бы тебя побрал, Клара! Такая же дрянь, как и твой покойный отец, упокой Господи его душу!

Ликуя от того, что я чувствую ноги, даже не смотря на то, что они не мои, я опустила их на пол и зажмурилась от удовольствия — пяточки чувствовали тепло дерева, на котором желтело солнечное пятно. Но слова неприятной особы, неприятно задели меня. Как можно быть такой грубой и жестокой? Судя по происходящему, я — Клара, молодая девушка, а это моя…мачеха! Ведь так сказала незнакомка, сидевшая на моей кровати: «Клара, я тебя прошу, сейчас твоя мачеха озвереет окончательно!».

Что это? Горячечный бред после падения? Реалистичный сон? А может приступ внезапного безумия и я сейчас в психиатрической клинике под препаратами? Так, стоп! Хватит! Как бы оно не было, нельзя впадать в панику и главное сейчас — разведать ситуацию. В голове вскользь, промелькнула мысль о попаданках — я читала несколько книг такого направления и именно эта шальная мысль вдруг переросла в четкую уверенность. Я — попаданка!

— У тебя есть пять минут, чтобы спуститься вниз, — прошипела моя, якобы мачеха. — Время пошло.

Она вышла из комнаты, шурша юбками, а я, наконец, посмотрела на девушку, испуганно застывшую на краю кровати. Милая, с легкой рыжиной в каштановых волосах она выглядела довольно привлекательной, а длинные, загнутые ресницы добавляли ей еще больше прелести. Стройная фигурка в темном платье, узкие запястья и нежная линия шеи, говорили о том, что девушка не крестьянка и не прислуга. Кто тогда? Боится мачеху, ведет себя как загнанный зверек… Бедная родственница?

Мне нужно было несколько минут, просто на осознание того, что с этого момента у меня новая жизнь и новое имя. Закрыв лицо руками, я сильно потерла глаза, убрала руки — все осталось по-прежнему!

Я никогда не воспринимала такие сказки серьезно, если честно, я и об реинкарнациях никогда не думала. Паники я, как ни странно, не испытывала. Скорее — чистый восторг от того, что я теперь — молодая и могу ходить, что окончились дни боли и безнадежности, что впереди еще — целая жизнь!

— Чего ей надо от меня? — обратилась я к бедняжке, решив, что нужно очень аккуратно выведать у нее, где нахожусь, и кто меня окружает.