Милая девочка. Потянулся и закрыл хвостом дверь. Сарай будет считать теперь личным пространством.

Уже меньше, чем через четверть часа, пространство было нарушено.

За “красную линию” медленно и осторожно выдвигался лазутчик. Пернатый. Жирненькая сытая курочка вертела хохлатой головкой, будто кого-то разыскивала.

Камиказде куриная. Даня потянул носом воздух. Никогда еще живые курицы не пахли ему так вкусно.

Нет, когда отец “ставил его на крыло”, устроив им с сестрой марш-бросок по Камчатке, в ипостаси чешуйчатых они кого только не ели .

Было противно, от перьев и шерсти в желудке горела изжога, живот крутило нещадно, но отец оставался неумолим. Говорил им: “Вы или драконы, или даже не пробуйте, детки. Идите в целители или паяйте колечки с кулончиками – денежно и безопасно”. Но разве же можно было, смотря на ошеломительный полет Великого предка над пиками вулканов, просто так взять и отказаться от сущности? Да они с Элькой были готовы грызть камни, закусывая собственными хвостами, только бы стать драконами, как отец…

А курица все приближалась. Даня был слаб, неуклюж – это тело слушалось его еще не очень стабильно. Будет пытаться поймать – промахнется.

Дракон открыл свою пасть очень медленно, стараясь не испугать эту жертву. Курица удивилась. Покрутила тупой головой, осторожно приблизившись.

“Иди сюда, милая птичка, ближе, ближе.” Пошевелил языком, в ответ крохотные глазки пернатой загорелись хищными огоньками. Наверное она даже успела чуть-чуть помечтать. О жирнейшем червяке, например. Сделала еще шаг – и дракон весь напрягся. Еще один – и ловушка захлопнулась. Курица улетела прямо в драконий желудок, уже на ходу перевариваясь. Впервые за неполные шесть местных дней дракон что-то поел. Капля в море, но все же.

Только перья с хвоста сиротливо порхали по полу сарая, выносимые сквозняком во двор.

5. В хозяйстве все сгодится

Дарьяна была голодна. Щи закончились. Пряники тоже. Утренней каши, впрочем, остался почти полный горшок, она терпеть не могла овсянку, но приготовила много. Ибо дешево. Ничего, проголодается к вечеру – как миленькая съест. Но не сейчас. Сейчас бы что-то по-настоящему вкусного…

Яйца! О да! Горячую яичницу на сале, чтобы шкворчало и пузырилось, янтарные желтки сверкали на солнце, растекаясь потом по тарелке. Рот мгновенно наполнился слюной. Вот только с утра Дарьяна отнесла полдюжины яиц тетке. Но, возможно, найдется еще парочка в курятнике?

Зашла в шумную пахнущую нагретой соломой пристройку, привычно пересчитала куриц и замерла. Нет, считать до четырех не так уж и сложно. Особенно, если куриц в курятнике осталось всего три.

Пересчитала еще раз. Вышла задумчивая, забыв про яйца, огляделась.

Куда делась курица, она поняла сразу.