Герцогиня смотрела на всю эту вакханалию и сравнивала махровый бал со своими правилами и этикетом в замке с живым сумасшедшим весельем за его воротами! Откуда-то вынырнула весёлая компания гигантских «зверушек», и они, горланя что-то про весёлого бондаря и белокожую нимфу, разогнали визжащих детей. Потом, подобрав у одной из палаток в стельку пьяного «медведя», раскрутили его и направили в гущу танцующих пар ловить «невесту». «Невесты» ловиться не желали и с громким «Мама!» бросились врассыпную, забыв о своих кавалерах. Прямо на Юлию и её компанию бежала огромная «мышь» с хвостом, но, споткнувшись о кем-то потерянный сапог, не удержала равновесие и с жалобным: «Уй!», свалилась прямо под ноги виконта. Мужчина бросился поднимать несостоявшуюся невесту и мышь в одном лице, а когда поднял…

— Матильда?!

— Ваша светлость?

— М-м-м… очень красивый костюм, — герцогиня не ожидала увидеть свою великаншу-горничную в новом амплуа.

Служанка зарделась от такой похвалы и, захлопав смущённо глазками, повернулась к Оноре.

— Милорд, пожалуйста, отдайте мой хвост…

Виконт опомнился и выпустил из рук покрашенный в розовый цвет кусок толстой верёвки.

Лорд Бурже, схватившись за живот, зашёлся заразительным смехом. Юлия хихикнула, откашлялась, снова, не выдержав, хихикнула, и вот уже вся компания хохотала, вытирая слёзы. Когда приступ веселья слегка поутих, граф обвёл всех лукавым взглядом и обратился к Лии.

— Значит, леди любит сюрпризы? Не будем разочаровывать красивую женщину.

Он отошёл на несколько шагов, сделал пару сложных пассов руками, и под дружное «Ах!» в воздух взметнулась огненная ""змейка"", рассыпавшаяся на фоне чёрного неба в несчётное количество огней, цветов и звёзд. Поляна озарилась светом от ярких, переливающихся всеми красками, магических вспышек.

Верещали от восторга дети; женщины и мужчины стояли, раскрыв рты. Графиня Антор смахивала платочком слёзы умиления, а Юлия, с широко распахнутыми глазами, впитывала в себя эту сказку.

— Он волшебник? — тонкий девичий голосок отвлёк герцогиню от феерического зрелища.

""Хвостики""!

— Он мой дядя, — вздохнул Онорэ.

Герцог Эррол быстрым шагом покинул зал, где продолжали кружиться пары, наслаждающиеся дивным вечером. Вся атмосфера праздника была пронизана чем-то необычным, возможно, самим волшебством, что иногда спускается на людей, минуя преграды из рациональности и недоверия.