День снова предстоит насыщенный. Перед выходом надеваю скромную шляпку с густой вуалью и набрасываю на плечи лёгкую шёлковую пелерину. Миа говорит, что теперь я похожа на одну из зажиточных горожанок.

Вот и хорошо, снова не буду привлекать лишнего внимания, оставаясь инкогнито.

Выбираю ту же простую закрытую карету без гербов, что и накануне. Сегодня со мной дио Хэмис и Рамиз. Как и я, мужчины выглядят непримечательно и просто.

— Предлагаю начать с посещения Обители Милосердия, ваша свелость,— замечает наставник.

***

Ла Дэрвиль красив, вернее, был бы красив, если бы не бросающаяся в глаза неухоженность, грязь и общее гнетущее ощущение тоски и тревоги.

— Езжайте, пожалуйста, помедленнее, — стараюсь рассмотреть мелькающие лавки, узкие улочки, заколоченные кое-где окна домов. Вглядываюсь в лица людей на улицах, отмечаю их убогую одежду.

Солёный воздух врывается в открытое окно коляски, наполняя лёгкие восторгом, но к нему тут же примешиваются запахи нечистот и я фыркаю.

Одна из дорог ведёт вдоль небольшой возвышенности, с которой открывается вид на море, доки и огромные корабли.

От масштабности вида захватывает дух! Кажется, я только сейчас начинаю осознавать, во что влезла. Ну где я и где вот это вот всё? Это же целый город! Город!!!

— Вот мы и на месте, ваша светлость.

— Прошу вас, не обращайтесь так ко мне при посторонних.

— Конечно, уважаемая сэя, я понимаю, что мы не афишируем своё присутствие здесь, — он первым выбирается наружу и протягивает мне руку: — Позвольте помочь вам выйти.

— Спасибо, — улыбаюсь его хитрому заговорщическому виду.

В Обитель Милосердия попадают те, кому не повезло. Одно крыло большого старинного здания отведено под лазарет. Здесь помогают тем, кто не может себе позволить более качественное лечение у городских лекарей."

"Возле распахнутых высоких дверей столпились люди, они о чём-то спорят. Подхожу ближе. Один из братьев милосердия объясняет бледному, измождённому мужчине с запёкшейся на лице кровью, что он не может ему помочь. Неподалёку, прямо на каменном полу сидят и лежат люди. Кто-то стонет, кто-то плачет, и все явно нуждаются в помощи. Над ними уже хлопочут две женщины в форменных серых хламидах.

— Что у вас случилось? — вступает в разговор дио Хэмис.

— Доброго дня, уважаемые, у нас нет мест, чтобы разместить его и тех, о ком он просит! Так-то самым пострадавшим мы уже помощь оказали, одного даже разместили в зале. Но посмотрите сами! Что же мне остальных на пол класть? Вот я и говорю, что или лекаря вызвать домой или попроситься в общественную лечебницу!

— Да говорю же вам, там тоже нет мест и меня отправили сюда, в надежде, что здесь помогут.