— Алекс, ты же понимаешь, что всё утро расписано разве что не по минутам.

Знаю, всё знаю. Но не могу ничего с собой поделать. Прижимаю её к себе, тяжело дышу и опускаю голову, утыкаясь носом в изгиб шеи. Не могу надышаться.

— Понимаю, Эм… прости…

— Я же сказала, всё ночью, — меняет тон с делового на растерянный и сладкий полушёпот, проводит ноготками от позвонков на шее до макушки, заставляя мурашки рассыпаться от этого движения по всему телу.

Немного отстраняюсь, чтобы заглянуть в лицо и понимаю, что она тоже хочет вернуться в постель, послав в бездну все свои грандиозные планы.

Наклоняюсь к её ушку и шепчу, касаясь губами влажных волос:

— Тогда ночью никаких горничных… я сам подготовлю ванну… и раздену тебя… и буду очень… очень медленно… изучать каждый ар твоего тела... от маленьких пальчиков на ногах… до родинки на спине между лопаток, — делаю паузу почти после каждого слова. — И очень… очень долго не отпущу тебя. Поэтому отмени все дела на завтрашнее утро. До полудня ты будешь спать.

Ощущаю, как участилось её дыхание, и вот уже Эмма сама льнёт ко мне, пытаясь успокоиться.

— Думай об этом, хорошо?

— Демон… если бы ты знал, как мне сейчас… хочется тебя стукнуть! — рычит, но пытается прижаться ещё сильнее.

— Ты же знаешь, моя хорошая, я всегда к твоим услугам.

Подмигиваю и выпускаю её из кольца своих рук. Заставляю себя скорее покинуть ванную комнату.

***

Эмма

Карета останавливается возле небольшого помоста. На площади перед ним уже собралось множество людей.

Нервно выдыхаю и слышу рядом смешок. Поворачиваю голову и с укоризной смотрю на мужа.

Губы Алекса растягиваются в широкой улыбке.

— Трусишка Эмма, — он подхватывает и убирает мне за ухо прядь волос, становясь более серьёзным: — Я всё время буду рядом, моя хорошая, не бойся, они обожают тебя.

Целует в висок и помогает выбраться наружу. Всего три ступеньки вверх и мы оказываемся на деревянном возвышении.

Взгляды, по крайней мере, пары сотен человек скрещиваются на нас. Они приветствуют герцогиню и герцога радостными выкриками.

Во рту пересыхает, а ладони становятся немного влажными. Алекс старательно прячет улыбку и наклоняется ближе к уху:

— Если хочешь, я произнесу приветственную речь вместо тебя.

Сейчас это кажется очень здравой идеей, вот только:

— Ты не знаешь, что говорить…

— Эм, ты столько её репетировала, что я успел выучить всё наизусть.

Я действительно тренировалась перед зеркалом несколько последних дней. Что поделать, я так и не научилась спокойно реагировать, когда на меня смотрит много людей.

— Была тебе очень благодарна, — отвечаю полушепотом. — Считай, что я твоя должница.