Графы давили на виконтов и баронов. Маркизы на графов. Герцоги давили на всех. Лорды более низких сословий были возмущены…

Пытаюсь представить, какой хаос творился в королевстве.

— Знать не успела объединиться, и часть родов были стёрты с лица земли. Мы хорошо усвоили этот кровавый урок.

Ощущаю, как горло сдавливает, а дышать становится тяжелее.

— В то время погибло много людей. Аристократы, простолюдины, гвардейцы, разбойники, те, кто не имел ничего и те, кто имел хоть что-то. Это продолжалось, пока на престол не взошёл троюродный брат убитого короля. Прадед Эммилины.

Новый король смог объединить вокруг себя знать, уставшую от беззакония и анархии и остановил восстания.

Мы снова сворачиваем. Краем глаза отмечаю, что деревья вокруг очень широкие и их стволы почти полностью покрыты мхом. Здесь красиво, но всё моё внимание сосредоточено на словах графа… и на нём самом.

— Новый король задумался о том, как предотвратить появление подобных ситуаций в будущем. Тогда ввели закон о лантари.

— Лантари?

— Дио Хэмис не рассказывал тебе?

Недоумение на моём лице слишком очевидно, чтобы у его сиятельства возникли сомнения.

Не знаю я ни о какой лантари.

— Ясно. Лантари — это сочетание нескольких очень редких и ценных растений. Все благородные дэи и дио обязаны пить настой лантари, начиная с девятилетнего возраста. Он благотворно влияет на здоровье, продлевает жизнь, но временно лишает способности зачать ребёнка.

Что?

— Поэтому у нас не бывает бастардов. По закону, дэи и дио могут перестать пить настой только после вступления в брачный союз, одобренный Его Величеством.

Разумеется, я постоянно пью какие-то настои. Но считала, что они для укрепления сил и здоровья.

.. Кхм. В целом, ведь, так и есть, но у меня всё больше вопросов к дио Хэмису. С другой стороны… я сама перестала расспрашивать своего наставника. Дио Хэмис был уверен, что ко мне постепенно возвращается память, и я решила, что будет лучше не переубеждать его в этом. Особенно с тех пор, как поняла, что не являюсь Эммилиной Эон Нидао.

— Лантари, в некотором роде, развязало обществу руки, — продолжает его сиятельство. — Раз стало возможным контролировать зачатие и не бояться рождения бастардов, то и потребность в сохранении невинности благородной невесты до брака отпала.

Постепенно это стало личным этическим решением каждой благородной дэи.

Он говорит это без осуждения, словно признавая права женщин делать выбор наравне с мужчинами. Чем больше я узнаю это общество, тем больше замечаю, что женщины сами определяют своё положение в нём. Даже то, что они, к примеру, не хотят заниматься управлением земель — всего лишь их собственный выбор."

"— Благородные дэи и дио живут гораздо дольше простолюдинов, и имеют отменное здоровье.