Лиля ждала поцелуя, едва сдерживая желание первой прижаться к его губам, и, когда он коснулся ее губ – губы у него оказались сухие и тонкие, мужские, – когда он поцеловал ее, ей стало больно внутри...

Теперь он никуда не денется, торжествующе подумала Лиля, мастерица целоваться.

Пока что у нее получалась зависимость, но после этого главной в их отношениях станет она, и он будет от нее зависеть. Лиля так много знала про любовь, все, что написано в книгах, знала про любовь...

– Почему же именно я? – спокойно и насмешливо спросил Никольский, отстранившись от нее.

Не упал к ее ногам, не поблагодарил, даже не удивился!

– Ну, вы же не можете отказаться... Я ведь не прошу вашей любви, и я вас не люблю, но... каждая девушка вправе выбирать, кто, ну вы понимаете... кто будет первым... С моей стороны это всего лишь разумный выбор... а мужчина не вправе отказать. Вы меня измучили, – сердито сказала Лиля.

– Вправе. Мужчина вправе отказать. Хотите, я скажу вам очень тривиальную вещь – вы еще так юны, и непременно кого-то полюбите, и отдадите ему свою невинность по любви, а не по разумному выбору.

..

– Не хочу, – с достоинством произнесла Лиля, глядя на него сузившимися от гнева глазами. Господи, что же это с ней – все внутри нее пылает пожаром...

Никольский качнулся к ней, прикоснулся щекой к ее щеке, повернулся и ушел, а Лиля со своим никому не нужным пожаром внутри осталась.

– Импотент, – сказала она тихо, прижавшись горящим лицом к Психее, – импотент, импотент!

Лиля в недоумении рассматривала свои обнаженные плечи, грудь, как будто они принадлежали другой женщине, – с трудом, но все же можно допустить, что он не любит ее.

Но может ли быть, чтобы он не захотел ее? Если мужчина не захотел ее, значит, он импотент. От недоедания можно же стать импотентом?.. Она все еще не верила, что все это оскорбительное произошло с ней... Если бы она призналась ему в любви, а он ответил бы ей, как Онегин Татьяне, холодно, нравоучительно, это возможно было бы пережить, но она просто предложила ему себя, – так отчего же нет?! Нельзя унизить девушку больше, чем он унизил ее!

Лиля хотела немного прийти в себя, стереть с лица выражение выгнанного на улицу котенка и вернуться на свой первый бал в зал такой же победительной, как выскочила.

Волоча за собой шлейф, она побрела по коридорам дворца, мимо парадных апартаментов, и забрела в другую часть здания. Из одной из комнат слышался шум, она заглянула в открытую дверь, и ее пригласили зайти, – здесь была своя вечеринка, за роскошно накрытым столом сидели несколько человек, женщины и мужчины, все много старше Лили.