Особенно в данном конкретном случае, когда я майор, а ты – сержант. Трудненько будет подчиненному с командиром служиться. Ты меня уже немного знаешь. Если мне понадобится что-то узнать – как сяду, так уж не слезу. Согласен?

– Да чего уж там, согласен…

– Вот и отлично, – сказал я. – Разговор у нас пойдет о совсем недавнем случае, у моста. Там, в отдалении от прочих беженцев, сидела девушка, сразу видно, что красивая, хоть и неумытая, растрепанная. Ваша троица на нее быстренько глаз положила. А я наблюдал из машины, частью от скуки, частью оттого, что усмотрел шанс тебя под взыскание подвести, не стану скрывать.

Ну, надо отдать вам должное, за рукав не хватали, силком в автобус не тянули…

– Вот именно, товарищ майор. Никогда я за рукав не хватал и не тянул. Не в моих это привычках, я привык, чтобы по доброму согласию. Культурно уговаривали…

– Сущие джентльмены и рыцари, – усмехнулся я. – Ну да, видел, как уговаривали, колбасой заманивали, явно галантерейное обхождение обещали… А потом что-то произошло. Ни грома, ни молнии, ничего такого – но вас от нее словно током отшвырнуло, всех троих, и сказал ты своим: уходим от греха подальше.

Тут и я подошел, любопытно стало, особенно когда увидел физиономии ваши, не на шутку перепуганные. А ведь вы не из трусов, да и ситуация была не та, чтобы так пугаться… Что там случилось, Ярчук?

Он молчал и мялся. Отбросил с крыльца докуренную едва до половины сигарету и тут же достал новую. Я подпустил в голос ласковой угрозы:

– Коля, честное офицерское: что я задумал, то и будет. Не слезу я с тебя, пока не расскажешь, что там у вас произошло. Сам понимаешь: в этом случае со служебной точки зрения тебе ничего не грозит.

Было, конечно, нарушение известного приказа, но придется посмотреть сквозь пальцы: я ж сам приказ нарушил, в машину ее взял. Вы это прекрасно видели, ваш автобус совсем близко стоял. И таращились вы на меня и на нее как-то странно, полное впечатление, знали что-то такое… Ну? Что там случилось?

– Не поверите, товарищ майор, – сказал он убежденно. – В лицо смеяться будете, а то и к врачам отправите. Вы ж городской, в городах этого нету, мне, по крайней мере, такие в городах никогда не встречались. А я из глухомани полтавской, до ближайшего райцентра черт-те сколько езды.

У нас как раз встречались такие вот, умевшие то, что обычные люди не умеют. Прямо скажу, колдовки…

– Жиган ты, Жиган, и пишешься Жиган, – усмехнулся я. – Плохо ты мою биографию знаешь – да и откуда тебе? Горожанином я стал в четырнадцать лет, когда отец меня в город доучиваться отправил, на хлеба к дядьке с теткой. У нас в районе только семилетка была, а он хотел, чтобы я полную среднюю кончил, стал помаленьку в люди выходить, первым из всей семьи в институт поступил.