Ощущая босыми ступнями шероховатую поверхность мощеной дорожки, я продолжала стоять на месте, судорожно соображая, как лучше поступить? На туфли синеволосый «фей» почему-то не расщедрился (даже на хрустальные), да и последняя тапка куда-то пропала… хотя зачем мне, если подумать, тапка? От кладбищенских «кавалеров» отбиваться, что ли? Вот была бы я готессой – пищала бы от восторга, очутившись на балу в таком экзотическом месте. Но я не гот, а пищать все равно хочется… даже не пищать, а поскуливать, как щенок, которого привязали к дереву в лесу, полном волков.

Страш-ш-шно… так страшно, что челюсть сводит, а по спине расползается озноб.

Гадкий Синий Дьявол, который здесь за повелителя, неужели сложно было просто предупредить?! Или тогда стало бы неинтересно наблюдать за моей реакцией? Мерзкий тип! Я что-то говорила про его обаяние? Бред, бред… бред ослепленного выкуренной травкой рассудка.

Пока я поминала недобрым словом хозяина игры, стоя соляным столбом в окружении массивных крестов и могильных плит, туман, стелющийся по земле, немного рассеялся. В шум ветра начали вплетаться тихие звуки чарующей мелодии.

И все вокруг словно ожило (отличное определение для захоронения мертвецов, не правда ли?): силуэты деревьев озарились серебряным светом, потрескавшиеся от времени тропинки чуть нагрелись и стали слегка фосфоресцировать в темноте. Кресты и памятники приобрели голубоватые очертания, в ту же гамму окрасилась и белесая хмарь.

Площадка для праздника преображалась на глазах, да и первые приглашенные начали подтягиваться. Стайка летучих мышей, парочка красноглазых птиц и изящная кошачья фигура, мелькнувшая на крыше соседнего склепа. Всматриваясь в очертания животных, я краем глаза уловила странное движение слева.

Резко повернула голову и судорожно сглотнула, уставившись на пробивающуюся сквозь траву руку. К ней присоединилась и вторая, затем над могилой появилось темечко округлой черепушки, а я все никак не могла выйти из состояния оцепенения, которое навалилось тяжелым грузом, мешая не то что шевелиться, но и дышать нормально.

Увесистый хлопок по месту, что ниже талии, и я снова обрела способность двигаться. А еще скакать и взвизгивать так, что у самой уши заложило. Резкий поворот на сто восемьдесят градусов… шальной удар сердца… короткий писк сродни мышиному (когда ей хвост в мышеловке прищемили) и… забег по пересеченной местности на время и скорость.

Что мне там говорили? Нельзя покидать территорию кладбища? А лапать меня «конструктору из костей» во фраке и бабочке можно?! Да от одного его оскала из десятка гнилых зубов и игривого огонька в темных глазницах меня помимо воли с места ветром сдуло и понесло в направлении «куда глаза глядят», лишь бы подальше от подкравшегося скелета.