Когда привела себя в порядок, мы отправились в путь. Идти, благо, не очень далеко — в центр нашего городка. Минут десять — пятнадцать, в зависимости от темпа ходьбы и мы на месте. Темп, к слову, мужчины взяли солидный, я из-за усталости едва поспевала за ними. Приходилось плестись где-то в хвосте. Саэш с Найтером о чем-то увлеченно переговаривались, совсем забыв о балласте в моем лице. Не слишком вежливо и красиво с их стороны. Сразу становиться понятно, как меня тут ценят. Вот другое мне совершенно не понятно. Зачем я так понадобилась брату, что необходимо было привязывать меня к общине его делами? Не заметно, чтобы Саэш так уж страдал без моей помощи, у него Найтер есть, и, похоже, помощи фиолетового братишке вполне достаточно.

В голову закралась крамольная мысль. А не сам ли Найтер повлиял на Саэша, внушив тому, что без меня здесь никуда. Жизнеспособная версия. Но тут надо разобраться в мотивах самого Найта. Может я, конечно, ошибаюсь в своих предположениях, но если нет, то надо разобраться, что именно от меня хочет бывший друг. Я ведь могу скрываться от своего игрового супруга не только в общине, но и на курорте какого-нибудь дальнего закрытого мира. Вряд ли у вампира настолько длинные руки. Разобраться с Найтером, тем самым исключив главный сдерживающий фактор для брата, а затем заключить новую сделку с Саэшом. Во всяком случае, попробовать стоит.

Итак. Я не настолько тщеславна, чтобы считать, что Найтер питает ко мне какие-либо теплые чувства, по причине которых я тут собственно и застряла. Поведение бывшего друга и явно демонстрируемое им презрение явно говорит о затаенной обиде и возможном желании отомстить. Возможно, сама месть и состоит в том, чтобы заставлять меня заниматься нелюбимыми делами и ограничивать передвижение, заодно постоянно лично действуя на нервы. Какой отсюда вывод? Надо мириться с Найтером и пытаться заслужить его прощение. Боюсь, это будет непросто. Конечно, сама я искренне раскаиваюсь в своих прошлых ошибках, и сама себе не могу простить свою прошлую жестокость, а уж как это сможет простить сам Найт, вообще не представляю. В любом случае, даже если я ошибаюсь во всех своих предположениях и выводах, помириться с Найтером Кано стоит хотя бы для успокоения собственной совести.

Наша ссора произошла, когда я стала входить в подростковый возраст. Уже точно не помню, сколько мне тогда было лет, где-то одиннадцать, может уже двенадцать. Если в более младшем возрасте почти постоянная компания старшего товарища по детским шалостям меня совершенно не раздражала, то теперь у меня появились новые интересы и друзья. Я стала обращать внимания на мальчиков не только, как на друзей, но и как возможный объект воздыхания.

Сейчас вспоминать об этом тяжело и стыдно.