– Не дури, Даф! Тебе не улизнуть! Пуплий! Забери у нее флейту! – распорядился он.

Лицо Руфина, прежде казавшееся Дафне добрым, теперь пугало ее. В глазах златокрылого она явственно читала, что для всех порядочных стражей света она теперь изменница, которой нет прощения.

Даф завизжала самым натуральным образом – как визжит обычная тринадцатилетняя лопухоидная девчонка – и, на бегу впадая в панику, метнулась к лестнице – туда, где незадолго до нее скрылся и мяукал теперь где-то наверху Депресняк. Руфин вновь заиграл на флейте. Звуки, прежде приятные и точно округлые, стали теперь колючими и резкими.

Случайно Даф знала этот вид атаки златокрылых. Шмыгалка, в своей любви к искусству нарушавшая все запреты, любила иногда показать ученикам одну-две секретные маготехники.

Зная, что никак иначе от этой магии не уйти и что после серии коротких звуков вся магия сосредоточится в одной длинной пронзительной ноте, которая погрузит ее в долгий сон, Даф сделала единственное, что могло спасти ее. В момент, когда до длинной ноты остались какие-то доли такта, она вдруг изменила направление бега и с верхней ступеньки лестницы прыгнула на Пуплия, повиснув у златокрылого на шее.

Пуплий попытался оторвать ее от себя, но Даф вцепилась как кошка.

Руфин, сообразивший, что она задумала, отдернул флейту от своих губ, но было уже поздно. Длинная нота начала уже звучать. Атакующая магия прошла сквозь Дафну, но, так как ноги ее были оторваны от земли, не смогла замкнуться на ней, заметалась и обрушилась на Пуплия.

Могучие руки златокрылого разжались. Безмятежно посапывающий страж замер на заплеванном полу подъезда, сладко поворачиваясь во сне и причмокивая губами.

Два часа оздоравливающего сна, как минимум, ему были обеспечены.

Теперь из противников у Дафны оставался лишь Руфин. Могучий страж пожал плечами:

– Думаешь, перехитрила? Детские фокусы! Мне даже флейта не понадобится, чтобы тебя схватить! – сказал он.

Даф в спешке выхватила свою флейту и обрушила на стража пару атакующих маголодий, но Руфин принял их на кольчугу, даже не блокируя. Он явно развлекался.

– Недурно, крошка! Хорошая штука эта кольчуга! Ну-ка еще пару маголодий!.. Покажи, что ты умеешь! – Руфин сделал к ней большой шаг.

Теперь лишь около двух метров отделяло его от Даф."

"Внезапно Дафна ощутила, как что-то обожгло ей бедро, точно кто-то засунул под ремень ее джинсов раскаленный брусок железа. Она вскрикнула, не размышляя, вырвала это отвратительное нечто из-под ремня и, обжигая руки, отшвырнула его от себя. Она не целилась в Руфина, вообще забыла о нем, так ей было больно. Скорее, сам Руфин сделал ошибку, шагнув к ней именно в этот момент.

Брошенный предмет задел златокрылого по колену. Двойная вспышка ослепила Даф.