– Еще одна смерть не сделает тебя счастливее.

– Ты так считаешь?

– Я знаю тебя не один год...

– И что дальше? Допустим, я ее отпущу! Что будет со мной? Как я буду жить? Нет, старик, я пойду до конца. Мне нечего терять. И если твоя подружка так тебе дорога, ты сейчас очень медленно положишь ствол на пол и дашь нам с ней уйти. Обещаю, что не буду в тебя стрелять. Я даже постараюсь не убивать ее, если вы оба будете вести себя правильно...

– Сережа, сделай, что он говорит, – попросила Полина. – Не вмешивайся. Это не твоя игра.

– Теперь уже моя. Если бы я не...

– Ах, как это трогательно! – Игорь не дал ему договорить. – Извините, но у меня очень мало времени. Серый, оружие – на пол! Быстро!

Она не хотела умирать, не хотела и боялась: за себя, за ни в чем не повинного Сергея. И смотреть в стылые, бесцветные глаза своей смерти тоже не хотела, она отвернулась к окну.

...За пыльным стеклом кто-то стоял. Полина закрыла, потом снова открыла глаза – человек исчез. Или не человек, а фантом агонизирующей надежды...

Она не успела додумать – мир вокруг наполнился звуками.

Звон бьющегося стекла...

Глухой хлопок...

Удивленный вскрик над ухом...

Что-то горячее на лице...

Запах пороха...

Крик Сергея...

Теряя сознание, Полина медленно заскользила вниз по шершавой стене...

...Сергей не успел сориентироваться, не успел уйти с линии огня – в медицинском этому не учат. И спасать прекрасных дам тоже не учат. А чему учат, он не помнил.

В груди взорвалась сверхновая – дышать сразу стало тяжело, в ушах зашумело, а перед глазами поплыл кровавый туман. Вот и закончилась их мексиканская ничья...

* * *– ...Полина. – Кто-то звал ее по имени.

Полина открыла глаза. Холодный свет галогеновых светильников, бледно-голубой кафель, до хруста накрахмаленное постельное белье. Где она?

– Как вы, моя маленькая леди? – На нее смотрел Щирый. Пергаментная кожа, сеть морщинок на щеках, ввалившиеся глаза.

– Где я? – Во рту пересохло, и от этого больно говорить, но больше, кажется, ничего не болит, совсем-совсем ничего."

"– Вы в клинике. Только не волнуйтесь, вашему здоровью ничто не угрожает. Все это, – Щирый обвел взглядом больничную палату, – лишь последствия пережитого шока. Врачи говорят, что можно домой прямо сегодня.

Можно домой...

– Где Сергей? – Голова вдруг закружилась, в ушах что-то громко хлопнуло, в ноздри ворвался запах пороха. – Где Сергей?! Что с ним?!

– Миледи, я прошу вас, – Щирый суетливо, совсем по-стариковски встал, освобождая место человеку в белом халате, – перестаньте кричать, не нужно так волноваться.

Она не могла, потому что уже знала, что случилось непоправимое.

– Он жив?..

– Можно и так сказать, – человек в белом халате приблизился, в руку воткнулось что-то острое, и лицо Щирого стало расплываться...

* * *...