– Вечером, – не оборачиваясь, он вышел из спальни...

Клиника была похожа на растревоженный муравейник. У ворот толпились вездесущие журналисты. В конференц-зале люди в форме вели допрос сотрудников. Для Сергея не сделали исключения.

Он отвечал на вопросы следователя и вяло удивлялся этой своей какой-то неправильной, нечеловечной отстраненности.

...Нет, во время совершения преступления его не было в городе. Да, у него есть свидетели. Да, о смерти профессора он узнал из телефонного разговора. Нет, у него не было никаких разногласий с профессором. Нет, он не знает, кто теперь будет руководить клиникой, это должен решать совет учредителей.

Выйдя из конференц-зала, Сергей направился в свой кабинет. Прикрикнул на рыдающую секретаршу. Выслушал опасения нескольких особо мнительных пациентов и, как мог, успокоил их. Перенес все плановые операции. Отозвал из отпуска двух нейрохирургов. Договорился с частным охранным агентством об усилении охраны клиники. Связался с похоронным бюро. Имел долгий и непродуктивный разговор с учредителями. Он проделал уйму важной и не очень важной работы, сознательно отдаляя самое тяжелое – поездку в морг.

День тянулся невыносимо долго. Полина устала бояться и вздрагивать от малейшего шороха. Она ждала, что Сергей позвонит, но он не позвонил, и от этого на душе было совсем муторно. Чтобы хоть чем-то себя занять, она приготовила ужин. Он приедет уставший и голодный, а у нее ужин на столе...

Когда в замке повернулся ключ, Полина сначала испугалась, а уж только потом обрадовалась. Сергей вошел в квартиру, устало привалился плечом к стене. В строгом костюме, при галстуке, он выглядел незнакомцем.

– Собирайся, – сказал вместо приветствия.

– Куда?

– Едем покупать тебе одежду.

– Я приготовила ужин...

– Это лишнее, я перекусил на работе. – Он ослабил узел галстука, посмотрел со смесью раздражения и нетерпения, буркнул: – Давай быстрее, пока магазины не закрылись.

Ей вдруг стало невыносимо обидно: не то от этих его нетерпеливых слов, не то оттого, что он отказался от ужина. Эти странности, скачки от нежности к откровенной грубости, выбивали почву из-под ног, лишали уверенности в завтрашнем дне.

Магазин был небольшим, но дорогим, Полина поняла это по ценникам и по вежливо-вышколенным улыбкам продавцов.

– Постарайся успеть до закрытия. – Сергей смотрел в до блеска начищенное витринное стекло и не смотрел на нее.

– Какой суммой я могу располагать? – Наверное, в этом роскошном магазине, рядом с этим элегантным мужчиной она в своей подростковой одежде выглядит замарашкой.

– Ни в чем себе не отказывай. – Небрежный кивок, взгляд насквозь. Как обидно и больно...