— Или ты думаешь, пока ты был за “бугром”, твой друг по ночам вышивал со мной крестиком?

— Тогда ты отдашь мне всё, что украла. Всё. До последнего доллара.

— У меня больше нет этих денег, — пожимаю плечами.

Мой голос звучит убедительно?

— Тогда я придумаю что-то другое. Ты мне должна, Ангелина.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Мирон проводит большим пальцем по своим губам и, запрокинув голову, смотрит мимо меня на Сашу. Я тоже смотрю на своего парня. И ощущаю себя крайне глупо. У нас всё шло хорошо, а сейчас всё идёт не так! И я бы дорого заплатила, чтобы у Мирона была амнезия!

Соколов ловит мой взгляд и протягивает мне кальян. Я хватаюсь за эту возможность прекратить разговор и, заменив мундштук на новый, вдыхаю в себя дым. Делаю несколько быстрых затяжек. Легкие начинают гореть, горло сводит спазмом. Давлюсь сладким ароматным дымом, забывая, как дышать. Под громкий дружный хохот начинаю кашлять, из глаз брызгают слёзы.

Саша, мой хороший Саша, тоже смеётся!

— Ну ты чего, малыш? Первый раз?

Отрицательно качаю головой, пытаясь восстановить дыхание. Я просто спешила.

— Дай ей воды, — звучит приказ справа."

"Мирон протягивает руку и выдёргивает из моих рук болтающийся шланг. Подносит к своим губам и, не меняя мундштука, делает долгую затяжку, смотря прямо на меня. Выпускает длинную струю дыма в сторону и затягивается ещё раз. Медленно и с наслаждением. Заворожённо пялюсь на него во все глаза, прижимая ладонь к груди.

— Малыш? Лина!

— А?

— У тебя тушь потекла. Тебя проводить до туалета? — участливо спрашивает Соколов, наконец перестав ржать как конь, и пытается меня обнять.

— Сама справлюсь, — огрызаюсь, выворачиваясь из его рук.

Встаю с дивана и, спотыкаясь о чужие вытянутые ноги, иду в сторону выхода. Хочу глотнуть свежего воздуха и проветрить свои мозги.

— Чёрт-чёрт-чёрт!

Это же надо было так вляпаться! И я сейчас не про компанию ограниченных имбецилов, рождённых с золотой ложкой во рту, в которую я так стремилась попасть.

А про этого Мирона, странного и опасного парня, с которым я успела познакомиться на одной вечеринке год назад. На не совсем обычной вечеринке. Вход туда был строго по приглашениям, его мне помогла достать знакомая. Всё анонимно. Ни имен, ни фамилий. Нужно было только подтвердить свой возраст. Мне как раз недавно исполнилось восемнадцать. Обычно в такие места ходят очень богатые люди, которым наскучила жизнь, приправленная всеми благами, или извращенцы. Не отношу себя ни к тем, ни к другим. Скорее, это была вынужденная мера.

— Чэго скучаэшь, красивая? — кричат из проезжающей мимо “приоры”.

Обхватываю себя руками за плечи и отворачиваюсь.