– Прижимайтесь ко мне, постараемся ее обойти по кромке…

Он говорил про лужу, которая вольготно разлеглась на их пути. Настя пододвинулась к нему так близко, что запах бодрости и свежести его парфюма разбередил душу. Как давно она не целовалась с мужчиной! Как давно не утыкалась в его воротник с чувством защищенности и предвкушением настоящего счастья. И вот он рядом, так близко, что у нее захватывает дух. Сейчас или никогда, пусть он ее поцелует!

Пока Вишневская не видит, а смотрят на них посторонние люди, которые никогда не раскроют их маленький секрет. Пусть он ее поцелует… Нога Насти соскользнула с сухой кромки тротуара и устремилась в воду. Спутник успел заметить это неловкое движение, схватил девушку за талию и прижал к себе. Он пробормотал нечто невразумительное, после чего наклонил голову к ее лицу, быстро чмокнул Настю в лоб и тут же извинился, что это получилось у него чисто автоматически, не смог удержаться…"

"Настя с его помощью перепрыгнула лужу на сухой тротуар, вырвала свою руку из его ладони и побежала.

– Опаздываю! – прокричала ему, удивленно стоявшему на прежнем месте. – Увидимся как-нибудь!

Ей стало весело и смешно. Она пожелала, чтобы ее поцеловал незнакомый парень, фактически чужой бойфренд, и он это сделал. Пусть по-дурацки поцеловал, так, как целуют покойников, но она не собирается ставить крест на их отношениях. В следующий раз она загадает более конкретное место, куда ее следует поцеловать. И он, этот следующий раз, обязательно будет. Жизнь налаживается!

Значит, Владику она нравится. Иначе с чего бы он напросился в провожатые? И так требовательно прижимал ее к себе? А целовать-то зачем стал? Безусловно, Настя ему нравится. Возможно, он бабник и сердцеед. Нет, бабник Настю ни за что бы не выпустил из своих рук без номера телефона. Впрочем, Владику это не требуется, раз он знает, где Настя работает. Это очень хорошо, что он знает. Интересно, кого он сегодня станет ждать на заднем крыльце?! Ее или Вишневскую?

До такой степени она не наивна, конечно же, он припрется за Риммой, раз ей обещал. Но Настя теперь знает, что он увлекся ею. Снова получается, что Владик бабник: встречается с одной, набивается в провожатые к другой. Мужская душа – потемки, которые только того и ждут, когда их осветит чистое женское чувство. А если в этих потемках вовсю властвует Римма? Настя решила больше не задавать самой себе безответных вопросов, а попытаться все разузнать у Вишневской.

Римма стояла у окна в коридоре и в дрожащих руках держала недокуренную сигарету. Настя напряглась, поняв, что сейчас на нее польются слезы и откровения личного характера, а характерец у Вишневской был еще тот. После откровений, досадуя на то, что не сдержалась и поплакалась в жилетку, Римма начнет Настю ненавидеть еще больше.