Вернулась она минут через пятнадцать. С мальчиком лет двенадцати. Деловито озадачив его, подхватила из коридора пустые ведра и улетела за водой.

– Тебе самой придется носить воду?! – ужаснулась Наташка, обращаясь к Танюшке, стягивающей с себя свитер. В избе становилось тепло.

– Не беда. – Казалось, это ее ничуть не беспокоило. – Справлюсь.

Паренек оказался толковым и газ подключил быстро. Потом попросил мыльца и «в чем развести». Танюшка накапала в блюдце жидкого мыла, недоверчивая Наташка отправилась принимать работу. С мальчиком расплатились наличными и бутербродами с колбасой.

Он сначала скромно отказывался, но окрик Шурки: «Бери, придурок, раз дают и деньги от мамаши заныкай!» – заставил его прекратить сопротивление.

Сашенька оказалась права. Через пару часов в избе появился абсолютно жилой дух, подкрепленный запахом Наташкиных домашних котлет и отварной картошки с солеными огурцами. Переодевшаяся в нарядное платье и красные шлепанцы Шуркина мать Нина, притащив ведро картошки и два десятка яиц, скромно остановилась у порога и заставила долго уговаривать себя пройти в избу. Сначала были ссылки на необходимость задать скоту корм.

Минут через десять Нина решила, что не следует нас утомлять с дороги своим присутствием, еще минут через десять она просто застеснялась. К этому моменту картошка сварилась, а Шурка сбегала за огурцами. На столе, предусмотрительно развернутом к дивану, появилась бутылка «Рябины на коньяке», добытая Ниной из собственного тайника в подполе. Перед тайником предусмотрительно таилась заряженная без приманки крысоловка. На мужа.

Танюшка не пила и этим рассекретила перед Ниной свое ответственное положение.

Соседка тут же поинтересовалась, почему не приехал муж Татьяны. Пришлось объяснить, что уехал в длительную заграничную командировку. Работа у него такая. А нас попросил позаботится о любимой жене – отправить ее подышать свежим воздухом. В квартире ремонт затеяли. Фирма делает…

Нина, вначале скромничавшая, после третьей рюмки разошлась и по секрету громко поделилась деревенскими сплетнями. В разгар застолья заявился какой-то небритый мужик и, остановившись в дверях, скромно поздоровался и пожелал всем приятного аппетита.

– Ну как черти на запах несут! – всплеснула полными руками вполне освоившаяся Нина.

 – Еще и проспаться не успел!

– Что ж ты, Ниночка, меня перед людьми позоришь? Я просто зашел узнать, где ты есть."

"– Ты везде «просто заходишь», а назад – непросто выползаешь! Ну заходи, раз принесло. Тут вот, – она качнула бутылку, – маленько осталось… Тарелку ему не надо, – остановила Нина поднявшуюся было Наталью. – У меня доскребет и хватит ему… Слышь, Витька, хватит или еще картошки положить?

– Спасибо, Ниночка, я сыт. С утра обедал.