Ехали без удовольствия, мысленно обвиняя друг друга в данном честном слове и, вопреки установленному порядку, не болтали, а посему в депо, как часто с нами случалось, после станции метро «Бульвар Дмитрия Донского» не уехали.

С трудом преодолевая кашу из снега и глины, дотащились до Галкиного подъезда.

– Надо было сослаться на какую-нибудь заразу, – проворчала Наталья.

– Хорошая мысля приходит опосля… – заметила я, пытаясь стряхнуть грязь с замшевых сапог.

– Топни как следует! Главные ошметки отстанут, а мелочь дома отстираешь.

Совет, как показали последствия, был мудрым, но я им, к сожалению, не воспользовалась. Переложив пакет с подарком в левую руку, нагнулась, чтобы очистить месиво с помощью перчатки. Съехавшая с плеча сумка оказалась прямо перед носом. Я решила отвести ее в сторону рукой с пакетом. В следующую секунду пакет упал на покрытый кафельной плиткой вход в подъезд. Подозрительный мелодичный звон подтвердил явную нецелесообразность нашей поездки.

– Не открывай! – испуганно гаркнула Наташка, уяснив мое стремление проверить состояние чайного сервиза. – Подарим так. В пакете и коробке. Дай сюда презент. Я знала, что добром не кончится!

– Вот и накаркала! – обрадовалась я возможности переложить вину за случившееся на подругу.

– Молчи, несчастная! Лучше бы ты торт тащила. – Наташка призадумалась, но ненадолго. – Думаю, нечего расстраиваться. Скоро состоится новая свадьба, потом новый развод и, соответственно, необходимость бить посуду в процессе скандала. Мы просто заранее выполнили за Галку ее работу. Частично. Так и объясним. Уверена, она должна быть благодарна.

Довод звучал убедительно, и мы спокойно вошли в подъезд, стойко сохранявший запах новостройки. Лифт довез нас почти до шестого этажа и встал. Диспетчер вежливо поинтересовалась:

– Застряли?

– Безобразие! Конечно застряли, – возмутилась Наталья.

– Потерпите. В течение получаса выйдете на свободу. – Диспетчер отключилась.

Через пару минут я поняла, что хочу пить. Жажда катастрофически нарастала с каждой последующей минутой. Потом заболела поясница и появилось желание сесть на корточки. Наталья, очевидно, испытывала сходные мучения, поскольку, решительно опустив пакет с подарком на пол и не обращая внимания на жалобный звон, съехала по стенке лифта и села на корточки. Я попробовала последовать ее примеру, но неудачно. Не успела вовремя притормозить. О чем, впрочем, рассуждала уже сидя на полу на собственной шубке из кусочков норки. Дома я обнаружила, что часть кусочков предпочла оторваться от основного коллектива. Хотя и не покинула его совсем. Наташку мое положение жутко развеселило, что она и не замедлила продемонстрировать. Веселый хохот оживил шахту лифта. От смеха фигура подруги ходила ходуном.