Шеф разинул рот, сунув руки в карманы, покачался, плавно переходя с мысков на пятки, обозвал меня бандиткой и вылетел. Закончив переговоры, я поплелась к нему в кабинет.

– Я понял, – выставил Максим перед собой руки. – Идешь брать банк. А оттуда сразу же в казино. Не смею задерживать. Привет мужу.

На встречу с «веселой вдовой» ехала неподготовленная. Если дама взбрыкнет и выставит меня из кабинета, возражать не посмею.

Стучать не стала. Ко мне в кабинет не стучатся. Натянув на физиономию приветливую улыбку, открыла дверь и, только переступив порог, спросила разрешения войти. Мне никто не ответил. Улыбка сползла с лица. Кабинет в отсутствие хозяйки вызывающе демонстрировал мне дорогую офисную мебель, японский кондиционер на стене, две пальмы в кадках и свежий букет цветов в красивой керамической вазе. На огромном рабочем столе скучал компьютер.

– Добрый день, – раздался за моей спиной официально-приветливый голос, и я резко обернулась, успев таки натянуто улыбнуться.

Если Оксана Романовна меня и узнала, то виду не подала. Указав мне рукой на кресло, уверенно прошла к своему рабочему месту.

– Это с вами мы договаривались о встрече? – Она демонстративно взглянула на часы. – Слушаю вас.

Я решила не хитрить. Дама, похоже, слишком умна, чтобы расположить ее лестью.

– У вас на подбородке следы помады, – ляпнула я."

"Оксана Романовна немного смешалась и, как всякая нормальная женщина, достала зеркальце. Не уверена, что замечание было точным, но она на всякий случай вытерла подбородок, бросила вспомогательные средства в ящик стола и уставилась на меня.

– Мы встречались на похоронах? И вы здесь по этому поводу?

Отрицать я не стала.

– Вы, мягко говоря, не симпатизировали Корольковой Татьяне Юрьевне. Уверена, Королькова где-то перешла вам дорогу.

– Любопытно. Позвольте спросить: и на чем же базируется ваша уверенность?

– Вы жесткий по натуре человек, но не равнодушный. В том числе и по отношению к себе. Вам не безразлично мнение коллег по работе. Только это и заставило вас прийти на кладбище. Королькову в коллективе любили. Коллеги не видели вашего раздраженного томления мероприятием, а посторонних вы не стеснялись. Будучи равнодушным человеком, вы легко бы сыграли теплое участие. Уверена, у вас был серьезный повод недолюбливать Татьяну Юрьевну.

– Ты что, дура? Или из милиции? Тогда вдвойне дура.

– Не настолько, чтобы не прийти кое к каким выводам. Королькова сбита машиной намеренно. Иными словами – убита. В плановом, так сказать, порядке. А теперь решай, кто из нас дура. Между прочим, убийство двойное. Она была беременна.

Я сидела и молча наблюдала, как выражение злости на лице Оксаны Романовны плавно перетекает в растерянность. Опомнилась она, только услышав телефонный звонок.