Голый глиняный холмик без венков и фотографии выглядел заброшенным: Сергей предусмотрительно очистил могилу и через полчаса на нее легли два новых венка с траурными лентами – от сестры и близких друзей. Через неделю сюда добавится новый венок с надписью: «Любимой Олечке от родных». Его привезет Оксана.

Как оказалось, нам с Наташкой ничего не пришлось объяснять Танюше. Это сделал Сергей. Ее реакция была на удивление спокойной.

– Я давно поняла, что погибла моя сестра. После разговора с бабушкиной подругой Ларисой Никифоровной никак не могла успокоиться. Оля была похожа на меня как две капли воды. Так с чужими людьми не бывает. Странное состояние… Разум говорит, что Оля погибла, а в душе все равно живет надежда на то, что это нелепая ошибка – «этого не может быть, потому что не может быть никогда…». Не волнуйтесь, истерики не будет. Просто я не смогу больше смеяться…

Помощник прокурора Листратов свое слово сдержал – восполнил пробелы в изложенной мной истории преступления.

Софья Решетникова действительно ушла от мужа к другому. Пожалуй, с Юрием Рудольфовичем она слишком перестаралась: он настолько увяз в науке и заботе о собственной карьере, что забыл, кому всем этим обязан. Веселой и роскошной жизни не получилось. Софья присмотрела себе новый мужской объект – состоятельного человека, имевшего свой бизнес. Но, несмотря на его пылкую любовь, не торопилась бросать мужа – не девочка, следует убедиться в правильности выбора. А чтобы объект не выскользнул из рук, родила от него дочь – Галину. Лишь окончательно уверовав в то, что выбор правилен, собрала все ценные вещи и вывезла на квартиру к новому мужу. Вопрос, казалось, был решен. Осталось только сообщить, что она уходит навсегда. Но тут Юрий Рудольфович взбунтовался и решил досадить уже чужой милой, заявив, что не отдаст ей дочь. Софья хохотала так долго, что шестилетняя Галочка испугалась. На всякий случай даже отошла подальше от мамы. Отсмеявшись, Софья сухо проинформировала мужа, что Галочка не имеет к нему никакого отношения. У него остается его собственная кретинка, которую он четыре года назад не захотел отправить к родной матери и дуре-жене.

Почти двенадцать лет Галина прожила в роскоши и неге. Родной отец любил ее до безумия. Впрочем, как и ее маму. С той лишь разницей, что маму он еще и ревновал. Примесь кавказской крови время от времени давала себя знать, последствия сказывались на теле жены. Это волновало Галочку меньше, чем перспектива оказаться замужем за каким-то дальним родственником папы. Родственник был страшен до безобразия, очень самолюбив и в той же степени придурковат. Но отец был упрям. Материальное благосостояние Галины будет строиться не на роже жениха. И даже не на его уме, а на деньгах и связях его родителей.