— И, судя по всему, он согласится. Но даже я не особенно верю в успех.

Зато верила я. В то, что Виктор справится с энергией так же, как со всем остальным — учебой, тренировками, работой. Эта вера помогала мне связно мыслить и не думать о страшном. Тем временем, работа в лаборатории превратилась в нудную рутину. Уже к обеду я удерживала энергию больше часа, быстро сообразив, как именно ускорить мой прогресс. Отвлеченность. Как только я погружалась в свои мысли, не имеющие ничего общего с излучателем, я переставала чувствовать дискомфорт до тех пор, пока он не переходил в болезненное жжение, а это случалось все позже.

— Можно я включу фильм? — спросила я Надежду.

— Включай, мне не помешает, — отмахнулась она.

На телефоне у меня было только два загруженных фильма, но думать о Викторе я просто больше не могла. Пусть уж мои мысли займет недавняя фантастическая история про параллельный мир, где нет призраков. Зато есть преступления, убийства и даже войны между государствами. Наверное, это страшно — жить в страхе не только ночью, но и днём. Но фильм был динамичным и увлекательным, поэтому даже на второй раз я пересмотрела его с интересом и удовольствием, слив энергию в накопитель под самый конец.

— Добрый день, Надежда, — раздался голос Дмитрия, и я выключила телефон. Нужно было обернуться, но я боялась. Что-то подсказывало мне, что речь пойдет о нашей утренней беседе с Глебом. — Я заберу Святу немного раньше?

— Забирай, неторопливый мой. Она все равно не успеет сделать заход.

Медленно подошла к Миту, стараясь по его виду предугадать новости. Дмитрий хмурился, но это его обычное выражение лица.

— Нам нужно поговорить, пока ты не забрала Миру, — сказал он напряженно, — прогуляемся до дома?

— Ладно, — я нервно пожала плечами и подстроилась под его широкий шаг.

— Глеб сделал предложение твоему шефу, Свята, — начал рассказывать Мит, стоило мне опуститься на кухонный стул. — И тот согласился, конечно.

— И когда должны провести эксперимент? — мой голос дрогнул.

— Уже провели, Свята. Дело не хитрое.

— И..? Виктор… Он умер? — задохнулась я. А что ещё мне было думать, когда Дмитрий настолько напряжен, что почти искрится?

— Пока нет, Свята, — быстро уточнил Мит и взял мои дрожащие руки в свои.

— Что значит, пока?

— Он в коме.

— В коме? Где он?

— В медицинском боксе, — голос Дмитрия был на редкость мягким. — На станции. У нас нет больниц, и врачей тоже нет. Нецелесообразно тратить столько лет на учебу, а потом почти не иметь возможности применить знания. Мы пользуемся городскими больницами, но люди с первичными навыками медицинской помощи у нас есть. Виктор под присмотром.

— Что говорит Глеб? — выдавила я.

— Он не делает прогнозов, но, Свята, на твоём месте я бы настраивался на худшее.