Но что-то скручивает в груди, будто затянуло тисками и заставляет спросить совсем не то:

— Куда?

Если он сейчас скажет за свой отель или место, где никто не увидит — я его пошлю, точно. Сразу.

Знаю, что нет. Что не получается так просто всё закончить, оборвать. Потому что ощущение всегда было, что Тигран — мой близкий человек. Это с первой встречи чувствовалось, отзывалось дрожью в теле.

Может, кого-то другого у меня бы получилось забыть. Вычеркнуть из памяти. Но…

— Ресторан. Кино. Выставка. Куда ты хочешь?

Он действительно спрашивает? Дает мне выбор, а не просто решает. И нас могут увидеть.

Его совсем это не волнует? Прям ни капли, ни на мгновение? Неужели что-то действительно может поменяться?

— Я… У меня есть… Михаил же.

— Ну, пока он не муж и не жених даже. И у меня есть шанс.

— Ты же обещал!

— Лана, мы сто раз обсуждали. Обещал, да. И я не лезу, не действую нахрапом. Ты бы знала, чего мне стоило вчера просто уйти, чтобы не ступить за грань. Поэтому я стараюсь шагать в твоем темпе. Так что, сходишь со мной на свидание? Да или нет?

— Я… А если бы я встречалась с тобой и согласилась на свидание с другим? Как бы ты отреагировал?

Сдерживаюсь, чтобы не скрестить руки на груди.

Я очень хочу пойти, а ещё очень хочу отказать. Просто чтобы позлить мужчину, показать твердость характера. Хотя от этой твердости — крошки.

Но…

Я делаю длинный вдох, успокаиваясь. Чтобы не натворить глупостей, не принять поспешных решений. Это ведь, по сути, глупость. Всё время кусать в ответ, стараться уравнять счет.

Ты сделал больно мне, а я откажу.

И что? Так можно до старости по кругу бегать, до последнего вздоха. Просто мстить за прошлое, обижаться. И видит Бог, Тигран действительно обидел меня.

Не уверена, что когда-либо смогу простить. И то, что отправил на аборт. И жену, о которой молчал. И… То, что он меня так просто отпустил, не стал бороться.

Но с этим можно либо жить, либо до конца обижаться на Тиграна, не подпуская. И если я не хочу всё время воевать, то решение нужно принять сейчас. Быть взрослой и ответственной, да?

Кто бы знал, что это так сложно.

— Ты бы не ходила на свидание с другим, — голос Тиграна тяжелеет, наливается властными нотками. — Меня тебе будет достаточно.

— А Михаила, значит, нет?

— Михаил пацан, который тебе не интересен.

Давай без споров, мышка. Я тебя знаю. От и до, всю. И ты бы ни за что не впустила меня в свою квартиру, если бы действительно любила Михаила.

— Ну… — жму плечами, рисую пальцем узоры на столе. Нервы расшатаны, меня топит волнением. — Ты ведь не любишь свою жену, да? Кто мне мешает выйти без любви за Михаила?

— А он звал?

— Намекал.

Ложь. Ложь. Ложь.

Мне кажется, что с каждым днем я всё больше пропитываюсь ею. Играю без правил, не знаю, как следует себя вести. Можно обратно в детство? Там было просто.