Провожу кончиками пальцев по груди, задеваю соски, которые отвечают пульсацией и опускаю руку на живот, замираю, прикрываю глаза.

Во мне может уже жить частичка Тайгера… Продолжение моего безжалостного монстра.

Могу ли я убить его?

Солнце скрывается за горизонтом. Черные тени заползают в дом, играют на стенах… Вот и пришел мрак. Последняя крупица надежды погибает.

Медленно поднимаюсь с софы и направляюсь к лифту. Решение приходит неосознанно.

Если этой ночью во мне зародилась новая жизнь, то так тому и быть. Какие бы последствия ни имела эта ночь, я их приму…

Ненужная таблетка падает на пол, слышу, как она стукается о мрамор и теряется на просторах холла. Активирую лифт, покидаю логово зверя.

Больше мне здесь делать нечего.

Как добралась домой, не помню. Все случилось так, как и предсказывала мать. Я вернулась израненная, с перебитыми крыльями за спиной.

Положила чемодан в коридоре и упала в теплые материнские объятия. Я не плакала. А Ивет ничего не спросила. Все было ясно, предсказуемо. Сердце откликалось болью, а в душе царила пустота, некий вакуум, когда нет чувств, нет эмоций. Все глухо.

Я зашла в свою комнату, закрыла дверь, и как была в одежде, так и упала на кровать. Мне хотелось побыть в темноте и одиночестве. Лежала с открытыми глазами, уставившись в никуда.

Пограничное состояние между сном и явью. Сколько я пролежала, не знаю, просто в какой-то момент фамилия Тайгера донеслась до сознания, а затем послышался звук разбитой посуды.

Я рванула с кровати и бросилась в гостиную, где по телевизору крутили новости: раскадровка с места трагедии, следы пожара и разбитые куски искореженного метала.

А затем…. Я вижу фотографии. Замираю, застываю, когда с экрана телевизора на меня смотрят сине-зеленые глаза Тайгера. Семейная фотография, где двое мужчин, страшно похожих, обнимают миниатюрную элегантную шатенку. Тайгер — копия отца. Вереница фотографий незнакомых людей и девочки-подростка в черных рамках. Сердце рвется в кровь от понимания, что случилось страшное.

В самом конце карусели из фотографий на экране появляется лицо моего Черного Ястреба крупным планом. Меня пробивает вспышкой дикой боли.

— С вами Саманта Стром, — рыжая, ярко накрашенная журналистка сжимает в тонких пальцах микрофон, стоя перед огромным особняком, частично скрытым витым забором, — я веду репортаж из загородной резиденции семейства Ривзов. В связи с трагедией ведется следствие. Мы ждем появления представителей семьи. Напоминаю, что страшная катастрофа унесла жизни девятерых человек. Погибли все пассажиры, а также экипаж частного борта. Тайгер Ривз по некоторым данным считается пропавшим без вести. Пока не ясно, был ли наследник империи на борту лайнера.