Сканер считал данные с браслета, раздалось жужжание-ворчание-шипение, и я получила свой завтрак — яичницу, овощи, мутный напиток в прозрачном стакане, булочку не самого аппетитного вида. Не слишком аппетитно выглядит, но зато явно не концентраты, а нормальная еда.

Я подхватила поднос и подошла к ближайшему свободному столику. Как и на всякого новичка, на меня посматривали с интересом, но никто не подошел. И хорошо — мне пока не до этого. Скорее хочется в душ, переодеться, осознать окончательно, что я уже далеко-далеко от дома… Ведь это первый мой самостоятельный полет, первое задание от Главы Рода, первая ответственность. И где-то здесь бродит Дейриган Каркано.

Задумавшись о нем, я поднесла стакан ко рту.

— Благочки!

От неожиданности я пролила немного жидкости на стол. Девушка, которая испугала меня громким приветствием, оказалась младшей. Неудивительно: кажется, на станции работают одни младшие.

— Я тебя испугала, да? Прости-прости, я не нарочно. Тебя вместе со мной заселили, да? Кэя Унсури, верно?

— Верно, — отставляя стакан, сказала я.

— А я Джуди Козловски! Рада познакомиться!

«Так вот откуда ты знаешь мое имя и номер комнаты», — подумала я, разглядывая девушку. Полненькая, низенькая, смазливо-сладенькая — как пирожное. Свои волосы у нее явно светлые, но она почему-то все равно вытравливает их до белесой платины. Значит, она — дочь того Козловски из административного модуля. Или, может быть, сестра. Не жена же?

— Я присяду?

— Да, — я просто не могла противиться ее напору.

Джуди бухнулась на стул безо всякого изящества и сообщила:

— Я на станции всего три дня, и никак не могу привыкнуть, что вокруг столько старших. А ты раньше общалась с другими расами?

— Не приходилось.

— Здесь у нас будет такая возможность, может, даже повезут смотреть на инсектоидов. Здорово, правда? Папа говорит, здесь еще и орионцы, и лирианцы работают. Но я пока кроме центов… прости, центавриан, никого не встречала из других рас. А ты здесь как практикантка или волонтер?

— Как волонтер.

— Я тоже! — воссияла Джуди. — Большинство студентов здесь проходят практику, у них совсем другие программы. И все такие злобные, аж подойти страшно. Особенно центы. Ой, то есть, центавриане. А ты что не ешь? Здесь вкусно готовят.

Я попробовала яичницу, запила почти безвкусным напитком. Да, это не сбалансированные по калорийности, полезности и вкусовым качествам коктейли на Ланмаре… Да и яичница на вкус так себе. Но есть можно.

Джуди посмотрела на меня очень одобрительно:

— Ты хотя бы не кривишься, а все остальные центы… центавриане, кривятся. Ваша еда так сильно отличается от той, что едят все остальные? Ладно, ладно, не отвечай. Не буду больше тебя дергать, тем более ты кушаешь. И вообще — поболтать мы успеем в комнате.