— А чем именно вам запомнилось то воскресенье?

— В тот день я нашел в мусорном баке за театром мертвое тело девочки. Страшный день, сэр.

Я покосился на присяжных. Все глаза были устремлены на свидетеля. Начало положено.

— Конечно, могу себе представить, мистер Джонсон. Не могли бы вы рассказать, как вышло, что вы обнаружили тело?

— Мы тогда делали ремонт, заново штукатурили стену в женском туалете, после протечки. Я вывозил мусор в тачке — старую штукатурку, щепки, старые доски и прочее. Открыл бак, чтобы вывалить мусор, а там тело.

— Оно лежало поверх мусора?

— Да, сэр.

— А сверху на теле был мусор?

— Нет, никакого.

— Как будто тот, кто оставил ее, торопился и не успел закопать…

— Протестую!

Ройс вскочил на ноги. Я ждал этого протеста, однако почти успел договорить фразу, толкнув мысли присяжных в нужное русло.

— Обвинитель задает наводящие вопросы, — продолжал Ройс, — подталкивая свидетеля к выводам вне пределов его компетенции.

Я снял вопрос, прежде чем Брайтман успела удовлетворить протест. Зачем судье лишний раз вставать на сторону защиты на глазах присяжных?

— Мистер Джонсон, когда вы обнаружили тело, вы везли тачку с мусором в первый раз за тот день?

— Нет, сэр.

В третий.

— А предыдущая была за какое время до нее?

— Часа за полтора.

— В тот раз вы видели тело в баке?

— Нет, не видел.

— Значит, оно было брошено в бак в течение тех полутора часов?

— Получается, так.

— Благодарю вас, мистер Джонсон. Теперь, пожалуйста, взгляните на экран.

Высоко на стене напротив скамьи присяжных висели два широких экрана для показа слайдов. Один был слегка повернут в сторону публики. Мэгги управляла показом слайдов со своего ноутбука с помощью программы «Пауэрпойнт».

Все старые фотографии из материалов дела были отсканированы и вставлены в презентацию. Сейчас на экранах появилась первая: снимок мусорного бака, где было найдено тело Мелиссы Лэнди.

— Мистер Джонсон, это тот бак, где вы нашли тело девочки?

— Тот самый.

— Почему вы так уверены?

— А видите, на боку краской написан номер, пятнадцать-пять-пятнадцать, это наш адрес, а за баком видна стена театра «Эль-Рей». Я там всю жизнь работаю.

— Понятно. Теперь посмотрите, вы это увидели, когда подняли крышку бака?

Мэгги нажала на клавишу ноутбука.

В зале суда и без того не было шумно, но когда на экране появилось детское тело, распластанное на груде мусора, тишина воцарилась полная.

Джонсон долго не отвечал, только смотрел во все глаза, как и остальные. Потом вдруг по его темной морщинистой щеке поползла слеза. Защитник, возможно, и расценил это как представление, но я-то знал, что чувства старика настоящие — потому и взял его в свидетели. Он был живым связующим мостом между нами и прошлым, помогая осознать это прошлое лучше, чем любые документы.