Свон сразу сжала кулаки, чтобы держать себя в руках. Миллс охраняли словно преступницу, а этого никак не могла стерпеть блондинка.

- Эмма, а почему полиция у палаты? - Мария немного испугалась за дочь.

- Потому что идиоты! - всё же вырвалась злость из уст Эммы, и она быстро подошла к офицерам.

- В чём дело? Вы почему здесь трётесь?

- Нам велено охранять её и второго, - полицейский посмотрел на напарника, - как его? Боу.

- Кто велел? Я отменяю его приказ. Валите отсюда и быстро! - Свон злым взглядом смотрела на полицейских, но потом один из них хотел возразить, как блондинка переварила информацию, - Боу? Он здесь?!

- Да, в операционной, - пояснил полицейский, - его уже грузили, когда поняли, что он жив.

- Эмма, что это всё значит? - старшая Миллс с непониманием смотрела и слушала разговор Эммы.

- Ну ладно, мы пойдём, - сказал полицейский, и они с напарником отошли подальше.

- Маркус жив! - Свон выдохнула, а потом немного истерично засмеялась, - живучий… сукин сын! Фух! Он жив…

- Эмма, я хочу всё знать, или ты не войдёшь к ней, - Марии пришлось пойти на шантаж.

- Вы о чём?! - Эмма подавила нервный смех, а потом взглянула на мать Реджины и приняла серьёзный вид, - я детектив полиции. Сегодня ночью мы задерживали опасного преступника, и ваша дочь… она влезла в это дело. Я ей запретила, но она… как обычно не послушалась. И поэтому… всё пошло не по плану. Такого не должно было случиться.

- Детектив значит?! - старшая Миллс со злостью смотрела на Эмму, - а она влезла?! А Маркус её спас и теперь тоже в операционной?! Вот только поправятся, они придут в себя… - женщина кинула злой взгляд и вошла в палату дочери.

Свон вновь посмотрела в потолок и закачала головой. Она не знала, как объясняться с Марией так, чтобы она поняла их. Но всё же осознавала, что это придётся сделать. Пусть не сейчас, но после. А сейчас только Реджина, только её состояние и их ребёнка. Свон не собиралась слушать врача. Она вошла в палату вслед за Марией.

- Девочка моя, - Мария подошла к дочери и поцеловала в висок.

Редж была очень бледная, и в её руку была вставлена капельница. Рядом стояли какие-то приборы с мониторами. Старшая Миллс пробежалась по ним глазами. Она, конечно же, не была медиком, но из-за того, что Реджина пять лет назад провела четыре месяца в больнице, знала, что они показывают.

- Какая бледная, - Свон подошла к любимой с другой стороны койки. Она смотрела только на неё и никуда больше. Эмма очень переживала и сейчас винила только себя в случившемся, - маленькая моя, прости меня…

- Получите вы у меня, - Мария гладила дочь по голове, - столько нервов с вами потеряла.

- Всё будет хорошо, - Эмма поцеловала руку Реджины, присаживаясь на корточки, - с тобой, с нашим малышом, всё будет хорошо. Как же я вас люблю. Вы сильные, вы всё вытерпите.