"

"Но уснуть так и не удается, а тошнота с головокружением не проходят, и моя строгая мамуля, а так же не менее серьезная свекровь дружно кричат в трубку, чтобы Рома вез меня в больницу. У меня сил нет даже встать с кровати, и кусок в горло, как назло, не лезет, чтобы набраться этих самых сил. Какой-то замкнутый круг, не иначе.

Однако спорить с моим мужем бесполезно – глядя на мое плачевное состояние, а также игнорируя мои слабые попытки сопротивления, он подхватывает меня на руки и несет к машине, на ходу командуя Анечке, чтобы закрыла дверь и спускалась за нами следом.

– Ребенок…

– Она справится, не переживай.

Пятнадцать минут быстрой езды по полупустому городу, и вот я в больнице. Белые стены, дежурный врач, который делает мне зачем-то УЗИ (лучше бы таблеточку какую дал, чтобы голова не кружилась, и так сильно не тошнило), ошарашивает нас с Ромой единственной фразой:

– Поздравляю, у вас будет ребёнок!

Пауза, которая длится несколько секунд. Сердце, готовое вот-вот вырваться из груди. И слабый стон, который слишком громко раздается в пустом кабинете.

Полгода я ждала этой фразы, боясь, что у меня какие-то проблемы со здоровьем, и вот чудо свершилось.

– Чего ты молчишь? – интересуюсь я у мужа, кстати, слегка пришибленного на вид.

– Я в шоке, – произносит Валевский и наконец-то отмирает.

Подходит к кушетке, присаживается на корточки и сжимает мои заледеневшие пальцы в своей широкой ладони.

– Я, если честно, тоже.

– Карина, милая моя, – целует мою руку, с нежностью глядя мне в глаза. – Как же я люблю тебя.

– Теперь придется любить двоих, – усмехается доктор, наблюдая за нашей с мужем идиллией.

– Тогда уж троих, – Рома не сводит своего взгляда с моего лица, а я закрываю глаза, понимая, что безумно счастлива. – Люблю вас, очень-очень! – выдает напоследок, а я не сдерживаю слез радости.

– И я вас, – негромко произношу, а счастливая улыбка медленно расползается по лицу.

Надеюсь, когда родится девочка, моя муж любить нас не передумает. Ох, и тяжело ему придется. Но я уверена – он справится со всеми трудностями.

И пока я пребываю в эйфории от услышанной новости, дверь в кабинет тихонечко отворяется и появляется Анютка.

– Ну, как она? – ее негромкий голосок звучит как песня, отчего внутри разливается тепло.

– Готовься, доченька, – смеется Рома. – У тебя скоро родится братик!

Ну, братик так братик – стоит ли спорить! Все равно будет девочка.

В любом случае, готовься, мой ненаглядный Ловелас!

Конец"