Конечно же, она права, на все сто процентов, но от этого не легче. Мне безумно хочется побыть с ней наедине, никуда сейчас не тащиться (а придется, вот прямо чувствую всеми фибрами души) и провести этот выходной с пользой для дела и тела, конечно же.

Но хоть и блуждают подобные мысли в моей многострадальной головушке, я прекрасно понимаю – сейчас соглашусь. Правда, для приличия немного поумничаю, чтобы строптивая красавица немного понервничала, но все равно победа останется за ней.

– Допустим, – легонько киваю в подтверждение своих слов, продолжая поедать взглядом раскрасневшуюся Карину.

Какая же она все-таки красивая – глаз не отвести, хоть и придется сейчас куда-то тащиться, сам не зная, нафига оно мне надо. – Только что общего между заболевшим Шуриком и моей ответственностью? – произношу имя, которое слышал от рыженькой в трубке мобильного, и расплываюсь в улыбке, заставляя девушку уже серьезно понервничать.

– Скоро узнаешь, – выпаливает, даже не стесняясь своей резкости. – Ну, так как? – она делает многозначительную паузу, – Я могу рассчитывать на твоё мужское плечо в трудную минуту? – снова интересуется завуалировано, так и не сознаваясь в своих коварных замыслах.

– Да я как бы не против, но ты только скажи…

– На сборы пятнадцать минут! – перебивает меня Карина, по-своему расценивая мое вроде как согласие и не давая мне возможности закончить свою речь.

«Вот же, интриганка!» – произношу, правда, мысленно, не желая больше вступать в длительные и нудные дискуссии.

И как с этими женщинами бороться? На слове ловят, но при этом сами до конца не откровенничают.

И ведь без них плохо – кто еще будет поднимать настроение по утрам, дарить нежность и ласку, при этом практически ничего не требуя взамен. Почти не требуя, но это, я считаю, мелочи жизни. Или нет? Ведь неизвестно, что мне моя красавица уготовила, однако внутренний голос настойчиво твердит:

«Просто не будет, даже не надейся!»

Нехотя встаю и направляюсь к шкафу, в котором уже вовсю орудует моя спутница. Пытаюсь ее все-таки вывести хоть на какие-то откровения, даже пару раз прижимаю к зеркальной поверхности шкафа, однако она все равно молчит, как партизан на допросе.

Ладно, крошка, будь по-твоему – я же еще не озвучил своих условий! И никуда ты не денешься потом – будешь проявлять и «ответственность», и «надежность», и «поддержку в трудную минуту». Прямо в кровати или в ванной на крайняк, но обязательно будешь, уж я расстараюсь…

И ведь как в воду глядел, что её задание для меня не будет простым! Но всё же такой подставы я от Карины не ожидал.