— Любому другому совсем не обязательно, — вкрадчиво произнёс Ледышка, внезапно оказавшись рядом. Он коснулся багрового бутона и нежно провёл пальцами. — А мне вы сами предложите то, с чем так упорно не хотите расставаться, — цветок раскрылся на моих глазах, демонстрируя лепестки во всей красе.

— Значит, просто самоуверенный, — хмыкнула вслух и поднялась, словно цветок мне больше не интересен, но на самом деле я стремлюсь держаться от вампира подальше. Когда он ближе, чем на метр, возникает неприятное ощущение опасности.

— Вы спешите с выводами, — Ледышка снова появился возле, как всегда бесшумно и неожиданно, Он показательно раскрыл ладонь, которую украшали тёмные кровоподтёки. — Это растение, несмотря на красоту, очень ядовито, — уже через минуту ладонь снова стала нормальной, без следов недавнего «близкого знакомства» с ужасным цветком. Я прижала к себе руки и быстро спрятала их за спину. — А касательно вас, я лишь констатирую факт, который вы упорно не хотите принимать. Я красивый «цветок», Лисавета, как думаете?

Сглотнула и невольно отступила на шаг, попав под гипноз пронзительных глаз.

— Вы предложите мне свою кровь. Сами. Это только вопрос времени.

На смену внезапному испугу пришло негодование. Я потянулась и всё-таки укусила вампира за шею. Он, видимо, не ожидал — хотя мог бы догадаться, — и не успел предпринять меры. Ледышка застыл, как бы парадоксально ни звучало, а я от души и отчаяния цапнула, немного прокусив на удивление тонкую кожу. Несколько капель с металлическим привкусом обожгли язык…

Мир закружился в пьяном вихре чужих воспоминаний и ощущений… Я словно съела полмешка экстези и запила это дело бутиратом. Цветные картинки мелькали перед глазами, сбивая с толку, при этом я испытывала фантастическое чувство эйфории и невероятный прилив сил.

Ощущение, что я могу не только горы свернуть, но и слепить из них что-нибудь новенькое, и море не просто по колено, а так — лужица по щиколотку. У меня словно крылья за спиной выросли, и я могу облететь весь мир, не прилагая усилий…

— … что вы сделали? — подозрительно хрипло поинтересовался кто-то рядом, разрушая мой маленький наркотический мирок иллюзий. Галлюцинации исчезли, а вот ощущение острого возбуждения осталось. Пожалуй, ещё никогда я так сильно не хотела незнакомого мне вампира…

Интересно, если я сейчас нападу на министра и изнасилую, что он на это скажет? Отблагодарит или накажет? А если накажет, то как?

— Если вы испытываете нечто подобное каждый раз, когда сосёте… сосёте кровь, то понятно, почему до сих пор Лизины попытки соблазнить вас не увенчались успехом, — я отлепилась от вампира, который выглядел поражённым, продолжая меня всё это время удерживать. Он словно не понимал, что происходит.