На их веселое предложение о вечеринке у девчонок-диспетчеров я закатила глаза и ушла, хлопнув дверью. Мой характер портился на глазах изумленной публики. Но признавать этот факт я отказывалась и упрямо сбегала к Изе. Пытала его желчными высказываниями и ядовитыми насмешками с особым цинизмом. Он терпел. Намекал на всякую фигню. Снова про баронов и обычных людей. Идиот! Что он может понимать, жирный, потный зануда! Да я слезинки не пролила с тех пор, как Макс исчез за поворотом коридора. Еще чего!

Я просто устала. Неназываемый! Мне осточертело! Надоел их острый пот, вечные тычки в ребра, дурацкие шутки, все ниже пояса.

Я мечтала покончить с мужским образом жизни. Глупо признаваться, но я хотела обратно в Сент-Грей. К женским разговорам, красивым запахам и платьям. Маникюру, педикюру, фруктово-овощным маскам на лице. Глуповато-невинным сплетням и невозможным, небывалым чувствам в зачитанных книжках. К людям, что не трындят о сексе все двадцать четыре часа. Я ныла.

И мечтала о любви так же беспробудно-отчаянно, как мои мужики. Барон разбудил во мне меня своей чертовой сиренью. И бросил.

Я судорожно втягивала в себя мир кругом. Я мечтала найти новый запах. Такой, чтобы уйти за ним на край света. Или хотя бы за угол. Ноль. Мир пах чем угодно, но только не любовью. Густые волны тестостерона, накрывающие Летную школу с утра до вечера и с вечера до утра, скорее пугали меня, чем возбуждали. Я не верила им и хотела сбежать. Возвращение в Сент-Грей стало для меня чем-то вроде символа избавления.

Впрочем, вся эта потная фигня мучала меня, в основном, перед сном. Добрый Эспо гонял эскадрилью до полного алеса, мечтая в отсутствии Кей-Мерера победить в рейтинговой драке за наивысший балл и соответствующие рекомендации для последующей службы.

Июнь пришел. Жаркий, солнечный, сверкающий зеленоватой морской водой. Финал приближался неумолимой свободой. Погода налаживалась, и жизнь становилась следом веселей.

Долгожданный выходной день привел нас с Изей на берег Залива. Сложилось у нас здесь одно тайное местечко. Эспо не зря намекал постоянно-ревниво на наши якобы отношения с Изей. Шумные компании не манили нашу забавную парочку. Толстяк стеснялся тренированных ловких летчиков и их подружек с острыми язычками.

Мне там ловить было нечего. Особенно под любопытными женскими взглядами. Ни раздеться толком, ни поплавать. Да и болтают они вечно о всякой фигне. Ну их!

Теплая мелкая волна облизывала гальку и намекала: снимай сапоги, дружище! Запах водорослей и нагретого песчаника. Я залезла на небольшой карниз, разделась догола и подставила кожу солнцу. Хотелось хоть немного подравнять в цвете коричневые руки и шею с белым до зелени остальным телом.