Управился бы он с такой веселой егозой? Все горничные в этом доме такие? Доступные, как сказал здешний хозяин. Если да, то как барон умудрился соблюсти целибат до почтенного совершеннолетия? И оставить его на мне, с гниловатым привкусом смерти в клетке для диких. Да он затейник еще тот, мой владетельный парень.

— Господин барон велел зайти сначала к нему в библиотеку. Он хочет сказать вам, господин, что-то важное, — трещала красотка без умолку.

— Цыц, — оборвала я ее без затей, решила быть суровым сердитым парнем, в смысле, тыкать прислуге и хамить, — дай мне воды.

Она принесла запотевший стакан, в мгновение ока запрыгнула рядом со мной на кровать.

Я прекрасно видела кружева на ее белых трусиках.

— Какой ты хорошенький! На девочку похож! Сколько тебе? Четырнадцать? Что у тебя в штанишках? Давай, я посмотрю.

Вертлявая горничная атаковала меня, напористо смеясь. Особый подарок для друзей? Что ж, вполне доступно. Очень надеюсь, что Правый на своем месте не растерялся. Неназываемый! Я еле успевала перехватывать ее руки на своем бедном теле твердыми пальцами. Ваня! Ты лучший тренер по физподготовке всех времен и народов! Спасибо!

С великим трудом отбившись от всех возможных перспектив, я выбралась из постели.

"

"Костюм оказался в пору. Видать, глаз-алмаз у тетки с ключами. Строгая полоска по мышино-серой дорогой шерсти. Два ряда пуговиц, лацканы и стрелки на широких брюках. Мне откровенно не хватало шляпы и пистолета-пулемета под мышкой. Я распустила узел галстука до второй пуговицы тонкой сорочки. На золотой булавке кроваво-красно отсвечивал настоящий рубин. Неплохо.

* * *— Следуйте за мной, — велела седая ключница.

Возникла словно ниоткуда. Вид имела сердито-недовольный, словно это я у нее в услужении и мешкаю.

Открыла в стеновых панелях новую дверь. Неприметно-неожиданную.

Я последовала. Шагала бесшумно по толстым коврам за прямой, как бамбуковая палка, теткой и подглядывала собственное отражение в нередких зеркалах. Губы красные. Глаза блестят. В животе пусто и холодно. Дурочка горничная достала-таки меня за живое. Во рту скопилась слюна. Это от похоти или от голода? Или я мечтаю обо всем сразу? Столик, заваленный едой в полумраке библиотеки. Макс сидит в ушастом кресле, широко расставив ноги.

Можно босиком. Даже лучше, если босиком. Рубашка, белый вышитый батист, расстегнута на груди. Так! Я ничего не говорю и не слушаю. Прямо с порога, молча скидываю пиджак и брюки. Залезаю на барона. Все. Потом пусть кричит и спрашивает все, что захочет. Хоть дерется снова. Сначала дело, все остальное потом. Я хочу свой оргазм. Я его, в конце концов, заслужила.

— Прошу, — взрослая женщина распахнула непредсказуемую дверь перед моим носом.

Я сделала шаг. Створка захлопнулась, наподдав мне по заду для скорости.