Я с сомнением осмотрел неказистую фигуру и старую одежду летуна. Странно… Он явно не был похож на богача. Да и самодеятельный фармацевт тоже…

– Откуда у вас деньги на отдых в Роганде?

Он печально улыбнулся, зарывая палкой «глиняную» рыбу в раскаленные угли.

– Какие деньги? Какой отдых? Я ничего не платил! Меня пустили, и я здесь живу… Вот, построил крылья, научился летать… Правда, надо прыгать со скалы и ловить теплые потоки, но я придумаю, как взлетать с земли…

– То есть вы тоже «из корма»?

– Что это значит?

– Так говорит старичок-травник. Знаете его?

– В таком колпаке? – Он провел ладонями от ушей и свел их над головой.

 – Он давно здесь живет, говорят, дольше всех. Он давал мне мазь, когда я вывихнул ногу, кстати, хорошо помогла… Только я ни с кем близко не схожусь.

Летун выкатил палкой запеченный глиняный комок, разбил его и положил передо мной. Потом повторил процедуру и угостил Клайду, третью порцию взял себе. Некоторое время мы молчали – обжигаясь, рвали на куски дымящееся белое мясо. Рыба хорошо пропарилась, вся чешуя осталась на глине, есть ее было удобно. Только соли не хватало.

Когда обед закончился, Малдер сразу потерял к нам интерес, наскоро поблагодарил и, прихватив свои крылья, скрылся в зарослях. Я освободил от глины еще одну рыбину и завернул ее в большой лист, похожий на лопух.

– Пойдем, отнесем старичку, – сказал я Клайде.

– Хорошо! – Клайда быстро натянула свои узкие брючки. – Дай мне копье, я буду смелым воином!

– Ух ты! – Я только головой покрутил. – Ну, ладно, бери! А я с твоим ножом буду прикрывать тыл…

Рубашка была мокрой, и я оставил ее сушиться, надев пиджак на голое тело. Конечно, в «Золотом вуноре» в таком виде не выйдешь к завтраку, но здесь дресс-кода не существует…

Клайда уверенно шла вперед, не боясь заблудиться – дом «лекаря» был недалеко, и к нему вела единственная, нигде не разделяющаяся тропинка.

С копьем она выглядела еще забавней, чем с ножом. Правда, держала его, как флаг, и при нападении вряд ли сумела бы им воспользоваться. Но я шел в шаге за ней и успел бы среагировать.

«Фармацевт» по-прежнему что-то делал за своим столом, только сейчас он стоял к нам спиной. Халат и колпак были на нем, поэтому казалось, что он вершит какое-то очередное колдовство.

Но я не верю в голодных чародеев.

– А, это вы, живущие у озера, – не оборачиваясь, сказал он. – Вы принесли еду. Сейчас, я только перелью готовое средство…

Он не спрашивал, а констатировал.

– У вас что, глаза на затылке?

– Нет, просто я давно здесь живу. Запах свежей еды не скроешь, а кроме вас принести мне ее некому…

Старичок повернулся. В правой руке он держал небольшую белую чашку с неизвестными мне иероглифами, нарисованными черной краской на ее выпуклом боку.