Она надела короткую бирюзовую тунику, босоножки и что-то вроде бейсболки, а я – легкий светло-желтый костюм и полупрозрачную белую рубаху. Мы спустились в холл. В углу сидели три девушки в коротких шортах и предельно легких маечках. Возле двери подпирали широкими плечами стену двое накачанных самцов. Пять пар глаз выжидающе уставились на нас. За стойкой стояла молоденькая навойка – миловидное лицо, золотистые локоны, чистые, ясные глаза, приветливая улыбка… Мне даже неудобно обращаться к ней с таким неприличным вопросом.

– Нам нужна курильня, – невольно понизив голос, сказал я.

– Выйдете на улицу, свернете в первый переулок направо, потом во второй налево и через квартал еще раз направо, там вывеска, – буднично пояснила девушка и улыбнулась еще шире.

Очевидно, она не видела в просьбе ничего предосудительного. Вроде я спросил, как пройти в концертный зал.

Нужное нам место действительно находилось недалеко от «Золотого вунора»», хотя найти его оказалось не так просто, хорошо, что Клайда лучше меня запомнила объяснение. Аккуратный чистенький домик в глубине сада, на решетчатом заборе большой цветной плакат, на котором отважный абориген огромной палицей сражался с каким-то чудовищем.

Я нажал кнопку звонка, и почти сразу появился высокий смуглый стюард с кудрявыми черными волосами, в уже знакомой нам ливрее с аксельбантами. С приветливой улыбкой он распахнул калитку.

– Курительная комната на двоих? – спросил он.

– Да, – кивнул я и протянул деньги – почти месячный заработок скромного труженика Глостера Чи.

– Прошу вас! – По засыпанной зеленым песком дорожке стюард провел нас к домику и впустил в белую комнату овальной, а точнее, яйцеобразной формы.

Здесь не было ничего лишнего: с острого конца «яйца» вход, у стен противоположного – две кушетки, застеленные белоснежными простынями. Между ними – большой кальян на подставке из темно-коричневого дерева.

– Ложитесь, расслабляйтесь, сейчас я все приготовлю.

Он насыпал в желтую воронкообразную чашу какой-то порошок, разжег его особой спичкой, дающей долгое жаркое пламя, покачал резиновую грушу, нагнетая воздух… В стеклянном шаровидном сосуде забурлила прозрачная жидкость, над желтой чашей заклубился дым зеленого цвета.

– Теперь спокойно курите, – предложил он, протягивая мне и Клайде прозрачные трубки с одноразовыми пластмассовыми мундштуками на концах.

После первой затяжки я ничего не почувствовал, разве что небольшую горечь во рту. Под потолком включился большой встроенный вентилятор вытяжки, движение воздуха мягко погладило меня по лицу.