Где теперь Нина Сергеевна с журналом «Мурзилка» и профессор Рудин, который даже от коньяка отказывался?

– Оплата наличными или картой? – кричала администратор.

Я вздрогнула, вынырнула из воспоминаний и осведомилась:

– А что если сначала сбегаю в уголок задумчивости, а потом перечислю деньги? Так можно?

– Конечно! – откликнулась сотрудница клиники. – Все для вашего удобства.

Я живо отошла подальше в коридор, позвонила Степану, подождала некоторое время, вернулась к стойке, оплатила счет и поехала домой в глубоких раздумьях. До сих пор понятия не имела, что есть врачи с поминутной оплатой.

Глава двенадцатая

– Приехали, – объявила я.

– Вижу дом, – констатировала Олеся, открыла дверь, выскочила из моей машины, помчалась к избушке, которая стояла за забором, легко открыла калитку…

Я ринулась за ней и успела схватить «Пони» за руку в тот момент, когда она уже хотела стучать в дверь.

– Никогда не делайте так, – зашипела девица, – ненавижу, когда посторонние ко мне прикасаются.

– Вы, не спросив разрешения, полетели к дому, – объяснила я.

– Я поступила правильно, – покраснела нахалка, – мы же приехали допросить хозяина!

– Допросить? – переспросила я. – Ни в коем случае! Просто поговорить. Действовать в спешке, не подумав, не следует. Понятия не имеем, кто находится в избе. И лучше нам прикинуться туристами, которые хотят пару часов отдохнуть и угоститься чаем, потому что рейс задержали.

– Глупее не придумать, – отрезала моя спутница. – К чему реверансы? Предъявить…

Моя временная напарница замолчала."

"– Что предъявить? – улыбнулась я. – Мы не имеем права обыскивать помещение, никто сотрудником агентства ордер не даст. И допрос вести тоже не можем. Имеем право лишь вежливо попросить побеседовать с нами.

– Считаю иначе! – фыркнула Олеся. – Поскольку я умная, а вы нет, слушайте меня.

Я развернулась и пошла к машине.

– Эй, куда? – закричала Олеся и поспешила за мной.

В ту же секунду к хамке подлетел большой жук, сел ей на шею. Калинина взвизгнула, замахала руками, побежала к лесу, который виднелся поодаль, и… пропала.

Больше всего мне хотелось просто уехать, оставив отвратительную «Пони» сидеть в яме, в которую та угодила по причине своей глупости и огромного самомнения. Но сейчас мы, пусть и временно, работаем вместе. Есть правило: сам погибай, а напарника спасай. И вряд ли смогу бросить в беде обычную женщину, пусть и самозабвенную грубиянку.

Я осторожно двинулась к лесу, остановилась у края глубокой ямы, наклонилась и спросила:

– Вы живы?

– Да, – донеслось снизу.

– Здоровы?

– Нога болит! – рявкнула Олеся.

– Стоять можете?

– Ага. Немедленно вытащите меня!

– Сейчас подумаю, как это сделать.