Вот как? Как попросить о таком у постороннего человека?

— Какие? Поверь, аптека вряд ли понадобится, у меня есть все, начиная от аспирина и заканчивая пенициллином.

— Может, я сама посмотрю? Если честно, названий я не помню, но по свойствам определить смогу.

Глафира замялась. Вроде бы, совершенно безобидная просьба, но Ярослав такое явно не одобрил бы…

— Какие свойства, Сашенька? Скажи мне, что болит, и я принесу, что надо.

Сама того не подозревая, Глаша загнала девушку в глухой угол. Но страх разоблачения казался детским лепетом по сравнению с возможными последствиями, а значит, придется подчиниться.

— Противозачатосные… — густо покраснев, Саша сфокусировала взгляд на плитке под ногами. Может в нормальных семьях, с такими вопросами принято без стыда обращаться к мамам, в ее все было не так, не к кому обращаться и сейчас делать это впервые — безумно неудобно.

— До или после? — тон домоправительницы не изменился, выражение лица тоже, она не выказала ни удивления, ни осуждения, заставив этим удивиться саму Сашу.

— После, — красное до того лицо, стало пунцовым.

Кивнув, Глафира подошла к одной из полок. Кажется, там правда было все на свете. Зачем ей хранить противозачаточные — вопрос, который остался для Саши без ответа, но факт оставался фактом.

Несколько минут, и перед ней на стол опускается запакованная коробочка.

— Вот. Инструкция на русском.

— Спасибо, — поднять взгляд было все так же стыдно, хотелось сбежать, делая вид, что этого разговора не было в принципе.

— Не за что, малышка. Их лучше принять сейчас…

— Да, конечно, — Саша схватила упаковку, встала с высокого стула, собираясь вернуться в комнату.

— Подожди, — Глаша придержала ее за запястье, — ты… вы… — ей тоже было сложно подобрать слова, но ответ на вопрос был слишком важен для нее, чтобы смолчать, — это было добровольно, Слава не..? — ей стыдно было подозревать Ярослава в подобном, но как недавно оказалось, она его практически не знает, а значит, может допустить и такое.

Сначала, Саша не поняла, что именно хочет услышать Глафира, а стоило понять, ее снова бросило в жар.

— Нет! О боже, нет, — она даже вскинула взгляд, широко распахивая глаза. Заметила, как напряженно на нее смотрит женщина, а потом облегчено вздыхает, отпуская руку.

— Хорошо. Через час завтрак, Сашенька.

Кивнув, Саша помчала к двери, на ходу распаковывая коробочку. Обвинять Самарского почем зря, она не собиралась. Все было добровольно. Пусть по глупости, но добровольно. Хотя особого значения это и не имеет, главное — чтобы подобное не повторилось.

Уже в дверном проеме, она столкнулась с обитателем дома, которого видеть было нежелательно.

Дима не успел затормозить вовремя, а сама Саша была слишком сосредоточена на изучении инструкции, чтоб его заметить.