— А по твоему поведению мне судить сложней. Ты постоянно закрываешься, и от меня, и от него, да ото всех! Я хотела как лучше, думала, тебе нужно время, чтобы подумать, побыть одной. Думала, что для тебя все слишком быстро развивается, вот и хотела хоть немного оградить, пока могу, пока вы не уехали.

— Спасибо, Глафира, я ценю вашу заботу…

— «Я ценю вашу заботу, но не лезь, старая карга, туда, куда не просят», да? — Глафира обняла Сашу за плечи, делясь своим теплом. Она не сердилась, и не обижалась — не на что, это их судьбы, просто помочь хотела.

— А давайте что-то приготовим? — Саша решила сменить тему, чтоб не накручивать себя еще больше. — Ужасно хочу чего-то апельсинового…

Во время готовки очень хорошо думается. Монотонность процессов помогает сосредоточиться на чем-то очень важном. Проблески гениальности не так редко случаются именно в такие минуты. Саша сейчас нуждалась если не в проблеске, то хотя бы шепоте внутреннего голоса, который бы помог решить, как, когда и что делать.

* * *— Вас уже вызывали в милицию? — любитель экстремальных мест проведения встреч, Кущин, подмигнул слишком молоденькой официантке, поглядывая на нее поверх чашки с кофе.

— Еще нет.

— Скоро вызовут. Титов отказался сотрудничать со следствием. Значит, первый подозреваемый у них — вы, — теперь лучезарная улыбка досталась Самарскому.

— Ну что ж, пообщаемся. Мне скрывать нечего.

— Почти. Разве что содержащуюся в заложницах дочь конкурента, да и неприязнь длинной в добрый пяток лет. Интересно, а тот, кто это сделал, понимает, насколько он в шоколаде? С одной стороны — ликвидировать Титова, а с другой — подставить его главного конкурента… Это близко к гениальности, не находите?

— Вам видней.

— Ну да, ну да, — Кущин посмотрел на собеседника с сомнением. — Вы выяснили что-то у Александры?

— Нет. Она не имеет представления о том, что случилось с ее матерью после развода.

— Жаль. Получать информацию из первых рук значительно приятней, чем довольствоваться домыслами.

— А у вас появились новые домыслы? — после их последней встречи, картинка в голове у Ярослава вырисовалась достаточно однозначная, если все так, как Кущин предполагает, все становится на свои места, непонятно только одно — какова цель человека, совершившего уже второе покушение — просто запугать или рано или поздно довести все до конца?

— Есть такое дело. Он скорей всего ждет, пока вынесут решение по вашему этому… — Кущин потряс над столом рукой, пытаясь вспомнить слово.

— Тендеру.

— Да, ждет, пока будет решение по тендеру.

— Неплохо ждет. Он же его чуть не пристрелил!

— Ну, Ярослав Анатольевич, чуть-чуть ведь не считается…

— Ну и зачем тогда он это сделал?

— Подозреваю, чтоб вызвать реакцию.