Это был брак двух королевств, брак во имя спасения Лассарана, но именно сейчас, когда жених и невеста были столь похожи на героев волшебных сказок, гости хотели верить, что именно так рождается любовь.

Увы, если улыбка невесты светилась радостью, во взгляде короля проскальзывала грусть…

* * *Отшумел свадебный пир, где гости поднимали тост за тостом. Отзвучали фанфары, приветствующее рождение новой семьи. Отгремели салюты…

Алиссин, уже переодетая в ночную сорочку, с трепетом ожидала супруга на брачном ложе, замирая от малейшего скрипа. Она не боялась, скорее, предвкушала их первую ночь. Весь вечер сердце девушки сладко замирало, стоило Его величеству прикоснуться к ней. И ожидание чего-то волшебного, не покидало сердца юной принцессы.

Услышав его уверенные шаги, девушка повернулась к двери и невольно улыбнулась. Она знала, что сейчас он войдет, в его взгляде появится восхищение, а затем он подарит ей настоящий поцелуй любви. Их самый первый поцелуй…

Дверь открылась. Усталый мужчина скользнул по прелестной женщине равнодушным взглядом и, закрыв двери, с какой-то обреченностью подошел к окну. С негодованием Алиссин проследила, как ее супруг с ненавистью смотрит на раскинувшийся у подножия замка город, а затем с грустью произносит:

— Я должен это сделать… Должен!

Она не имела права первая задавать вопросы супругу, но не сдержалась:

— Должны что, супруг мой?

Король взглянул на нее так, словно увидел впервые и печально улыбнулся.

— Ты прекрасна, принцесса Лассарана… но… Но!

Он подошел к столу, налил полный кубок вина и залпом выпил. Затем еще один, и еще… Словно пытался заглушить боль… Словно не желал ее, прекраснейшую из невест Лассарана! Щеки Алиссин вспыхнули от негодования, но она была принцессой, а потому сумела сдержаться и смолчать.

— Выпьешь? — внезапно спросил король. — Нет!

— Зря, — Дариан усмехнулся, — первый раз он не самый приятный.

— Мне говорили, — в голосе принцессы чувствовалась ярость.

— А что вам еще говорили? — король, с очередным кубком вина сел на пышно убранную кровать и с интересом посмотрел на свою жену.

— Что мужчины обычно желают момента соития, а не… — она с ненавистью взглянула на кубок с вином, недвусмысленно высказывая свое неодобрение.

— Обычно, — с нежностью протянул король, — обычно… И все же, это мой долг… И потянувшись, король задул свечи…

* * *"

"Кровавая простыня реяла над замком, сообщая всем, что принцесса была чиста до свадьбы, а прекрасная Алиссин впервые в жизни рыдала, ища утешения в покоях матери.

— Он не любит меня, мама! Не любит! Эта ночь… словно ему было противно даже прикасаться ко мне!

Королева позволила дочери плакать лишь несколько минут, а затем осадила резким голосом:

— Сядь, вытри слезы.