— Я, я… я прошу простить меня, — испуганная Катарина невольно попыталась отнять ладонь.

— Ну что вы, — он без труда удержал ее ручку, — это я должен просить прощения за свое поведение… И за доверчивость и за глупость… мне бесконечно стыдно.

— Мне тоже бесконечно стыдно, — прошептала Катарина.

— Сомневаюсь, — не скрывая язвительности, произнес Хассиян, — ведь вы получили нечто гораздо более ценное, чем просто… опыт.

Катарина шла глядя на каменную кладку парковой дорожки. В ее душе страх уступал место гневу, и девушка не сдержалась:

— Но и вы не остались внакладе!

— Разве? — левая бровь взметнулась, и он насмешливо взглянул на Кати. — Впрочем, спорить не буду… За возможность целовать, обнимать и ласкать вас, я отдал бы многое. Жаль… что обстановка была неподходящая…

— Что вы имеете в виду? — Катарина остановилась, выжидательно глядя на правителя Ратасса.

— Ну как же, — Хассиян потянул ее за руку, вынуждая вновь вернуться к прогулке, — лестница, подземелье, один влюбленный болван и одна юная развратница, которая не привыкла отдаваться… без оплаты.

Девушка подняла глаза в небо и мысленно вознесла благодарную молитву Пресветлому. Хассиян проследил за ее реакцией, усмехнулся и добавил:

— Тогда, я еще не знал, что эта развратница предпочитает сама назначать цену… и брать желаемое тоже… любит брать без спросу… Как… как шлюха!

Он произнес это слово, насмешливо глядя на нее, и не скрывая своей злости.

Катарина вырвала свою ладонь, поспешно оглянулась на идущих в отдалении придворных, и чуть подавшись вперед, прошептала:

— Что же вы последовали за этой шлюхой, как теленок на поводу?

Он расхохотался ей в лицо, не скрывая издевки. Затем чуть нагнулся и прошептал:

— За какой шлюхой? О чем вы, княгиня?

Побледнев, Катарина резко выдохнула, пытаясь совладать с гневом. Когда она заговорила, уверенно, с ледяной учтивостью, Хассиян решил прервать столь очаровательную игру.

— Туше, вы победили! Что дальше? Раскроете мой секрет? Я буду все отрицать! Никто, совершенно никто не видел меня, и даже вы… не можете быть уверены до конца!

— Напротив, — Император погладил ее ладонь большим пальцем, — любой… кому я прикажу… подтвердит, что в ночь маскарада именно вы выходили из моей спальни… — Кати замерла и Ян продолжил, — но… я не буду этого делать.

Некоторое время они шли молча, затем Кати едва слышно спросила:

— И что вы потребуете за… свою услугу?

Ян вновь тихо рассмеялся и внезапно резко свернув, подвел ее к фонтану, практически скрыв их от всех придворных за переливающимися струями воды.