Здесь в ссору вмешалась мадам Ломакина и заявила, что Акулина наверняка сама съела свой хлеб. Бабка в ответ заверещала, мол, она почти ничего не ест, в отличие от буржуев, которые привыкли лопать по четыре раза в день. Тотчас на подмогу жене подоспел Ломакин: он объявил, что Акулина Петровна постится вовсе не из скромности, а из жадности, и когда она помрет, у нее наверняка найдут наволочки, набитые пачками денег. Окончания ссоры Нина не слышала, потому что позорно сбежала. К первой лекции, впрочем, она едва не опоздала, так как ей пришлось вернуться домой с полдороги — девушка обнаружила, что забыла взять тетрадь для конспектов.

— Ну, как тебе Былинкин? — вполголоса спросила Ленка, когда Нина на лекции села рядом с ней.

У Ленки Елисеевой были блестящие глаза, волосы неяркого мышиного цвета, но уложенные модными волнами, и вздернутый носик. Она не производила впечатления красавицы, однако умела выгодно себя подать, никогда не унывала и за словом в карман не лезла.

— Конечно, вариант так себе, — продолжала Ленка, не дожидаясь ответа подруги. — Живет с родителями, еще там тетка больная.

— Кто такой Радкевич? — спросила Нина машинально.

— Ты забыла?! — поразилась Ленка. — Это же он нас вчера в театр провел! Я вообще театры не люблю, но они чем хороши? В театре можно встретить приличного человека…

И она хихикнула. Нина застыла на месте, испытывая мучительную неловкость. Ей и в голову не приходило, что в театр можно ходить не спектакли смотреть, а с совершенно другой, практической целью.

— Кстати, он в разводе, — добавила Ленка.

— Кто?

— Да Радкевич же!

— А я вчера видела, как бандитов задерживали, — ляпнула Нина и тотчас пожалела об этом.

— Да ну! Где?

Шепотом, чтобы не привлекать внимания профессора, который увлеченно говорил о французском классицизме, не забывая для проформы изредка ввернуть цитату и из какого-нибудь коммунистического авторитета, Нина рассказала свое приключение, утаив впечатление, которое на нее произвел Опалин.

— Интересно, а в газете об этом напишут? — добавила Нина. — Или, может, уже написали?

— А тебе бы хотелось, чтобы в «Правде» тебя пропечатали? — прищурилась Ленка.

— При чем тут я? — искренне изумилась Нина. — Там милиционеры жизнями рисковали…"

"— Ну и что? — пожала плечами Ленка. — Это же их работа. — Однако своим вздернутым носиком она уловила: дело не только в ночном происшествии, но и кое в чем другом. — Тебе кто-то понравился? — спросила она с любопытством.

— Не знаю, — помедлив, сказала Нина.

— Ну, получают они в угрозыске неплохо, — заметила Ленка, подумав.