- Упаси боже! Типун тебе на язык, Шерстяков, – фыркнула я и прошествовала к дивану для посетителей, - Был бы ты такой, как пятнадцать лет назад, я бы тебе до сих пор баночки с супчиками в сторожку таскала.

Красивые глаза мужчины сверкнули интересом.

- И язвить научилась. Помниться раньше ты и слово поперек сказать мне боялась.

- Дура была, - выдала правду матку, пожимая плечами и, как самая настоящая королевишна, откинулась на спинку дивана, закидывая ногу на ногу.

Что не говори, а последние годы без муженька пошли на пользу моей самооценке. Я больше не чувствовала себя серой толстой замухрышкой на фоне шикарного делового мачо.

Шерстяков ехидно оскалился, и я на мгновение представила себе на его месте акулу. Зубастую, огромную, что способна на раз перекусить пополам свою жертву. Рядом с ним я просто домашняя болонка. Даже теперь, после того как отрастила броню с алмазным покрытием.

Внутри теплилось подленькое желаньице подгадить ему, оскорбить, наговорить гадостей, показать – вот какая я теперь стала, чтобы руки себе скотина отгрыз по самые локти.

Но…

Я же леди.

А они выше этих плебейских замашек.

И, как истинная представительница высшей знати, я прохладно посмотрела на Шерстякова и невинно поинтересовалась:

- Может перейдем уже к делу? У меня, знаешь ли, не так много времени.

Бывший бросил какой-то странный, непонятный взгляд и начал стандартную нудную лекцию по необходимым документам и прочим заморочкам.

- Краль, ты же понимаешь, что кредитный комитет не слишком лоялен к сельхозникам. Очень велика вероятность, что ваш проект не одобрят, но…, - пакостливо улыбнулся Шерстяков, придвигаясь ко мне ближе.

- Ты сможешь замолвить за нас словечко, - насмешливо закончила за него, - Фу! Шерстяков, это даже для тебя слишком пошло.

Демонстративно отодвинулась.

- И чтоб ты знал. Это просто работа, и я не использую для служебных целей личные знакомства.

Он хотел мне что-то возразить, но тут запиликал мой беленький Айфонушка, извещая о пришедшем сообщении.

Вообще копаться в телефоне во время деловой беседы моветон, но это ж Шерстяков. Его если что можно и на три буквы послать, почти без вреда для нервной системы, и с пользой для израненного когда-то этим гадом сердца.

«Ирка спасай меня!!!» - гласило сообщение от Женьки.

- Пожалуй, мне пора, - подорвалась с дивана, словно в попу ужаленная и, добавив ускорения своей парнокопытной обуви, рванула в приемную.

Мой яростный цокот, заставил вздрогнуть даже секретаршу, что до этого продолжала монотонно, по фэншую лепить марки.

- Вы куда?! – взвизгнула девица, - Эдуард Петрович не разрешал!

Притворилась глухой и даже не сбилась с траектории.