- Когда это было-то?! Сто лет назад же!

- Так еще не поздно все вернуть!

Ааа! Я так больше не могу! Он мне уже весь мозг вытрахала! Что за хрень в ее голове творится?! Тарканы власть захватили? И как их оттуда вытравить?!

- Я не хочу ничего возвращать! Я тебя хочу, дура ты сумасшедшая! – ору я на весь школьный двор. – Угомонись, Крис! Угомонись, пожалуйста! Хватит отталкивать меня!

Но она, естественно, остается при своем. Срывается на бег, за считанные секунды взбегает по ступенькам, а еще через мгновенье скрывается из виду за массивными дверьми школы.

А я так и стою посреди многолюдного двора с растрепанными волосами и чувствами. Разбитый, ничего не понимающий, опустошенный.

Сколько может продолжаться эта изматывающая, изнуряющая, сердцеразбивающая война? И когда уже будет просто любовь?

Я ведь так стараюсь…

Глава 58

Кристина

- Ау, Кристин, ты слушаешь? – Илья вопросительно глядит на меня поверх очков, и я, вынырнув из болота мрачных размышлений о Шульце, усиленно киваю, мол, конечно, слушаю.

Хотя на самом деле это неправда. В последнее время мне вообще очень трудно сосредоточиться на чем-то таком, что не касается Андрея. Предметы из рук валятся, внимание рассеяно, мыслей не соберешь – я все какая-то отрешенная стала, будто себя потеряла.

Целыми днями прокручиваю в голове диалог Шульца с Гуляевым и все никак не могу смириться с тем, что Андрей на меня поспорил. Ведь так красиво он мне в чувствах признавался, так складно говорил, так искренне его слова звучали… А оказалось, что он просто очень хороший актер. Хороший актер и безжалостный человек.

Разве можно спорить на любовь? Это же самое святое, что есть в нашей жизни. Без любви мы не больше, чем животные, ведь именно умение сопереживать, сочувствовать, жертвовать собой ради другого и делает людей людьми… А Шульц взял и все опошлил. Облил грязью. Уничтожил.

Я ведь любила его. Да, ладно, чего уж там… И сейчас люблю. Люблю, несмотря на то, что ненавижу. Ну почему чувства к человеку нельзя просто взять и вырезать, как опухоль? Или выпить таблетку, чтоб они прошли, как головная боль? Почему они не покидают душу? Почему разум над ними не властен?

Вопросов у меня много, а ответов нет. Вот я и рефлексирую на эту тему днями напролет. Иногда плачу, иногда просто сижу в своей комнате и подолгу пялюсь в одну точку, пытаясь принять произошедшее, а иногда втыкаю наушники и яростно молочу старую боксерскую грушу Левчика, чтобы спустить накопившееся напряжение.

Разумеется, это все я проделываю вдали от посторонних глаз, когда никто не видит. А вот на людях мне приходится натягивать на лицо маску равнодушия, типа у меня все хорошо, и я всем довольна.